Абсурдотека:Лунный парк

Материал из Абсурдопедии
Перейти к: навигация, поиск
Лунтик.jpg
Вы читаете самую полную библиотеку мировой литературы.
Другие страницы…
Посмотреть весь список авторов
На правах рекламы: эта страница содержит 0 % текстов Викитеки.

Лунтик, Кузя и Пчелёнок стоят в шеренгу на лужайке и пялятся вперёд, будто бы ожидают несуществующего автобуса. К ним подходят Вупсень и Пупсень и становятся рядом.

Вупсень: Эй, чуваки, знаете, что сегодня сказал Корней Корнеевич?

Кузя: Да нам похуй, чувак.

Пупсень: А он сказал, что четыре уха есть только у голубых! А-ха-ха-ха-ха!

Лунтик: Но я же фиолетовый…

Вупсень: Пфф… Ты чё, с луны свалился? Ах да, точно. А-ха-ха-ха-ха! Какие же вы, лунатики, тупые!

Кузя: Заткнись, ёбаный планетист!

Лунтик: Кузя, а кто такой планетист?

Кузя: Как бы тебе объяснить… Это как расист, только по отношению ко всей планете.

Лунтик: А кто такой расист?

Кузя: Ну, это такой дебил, который судит любого по его цвету. Вот к примеру, я и эти два жиртреста зелёные, а ты фиолетовый. Будь мы расистами, мы б тебя всячески чморили только за то, что ты другого цвета.

Лунтик: Ой, как интересно! А почему четыре уха есть только у голубых?

Вупсень: Потому что ты голубой! А-ха-ха-ха-ха!

Лунтик: Но я же фиолетовый…

Кузя и Пчелёнок закрывают лицо ладонью, Вупсень и Пупсень катаются по земле от смеха.

Пчелёнок: Да заткнитесь вы уже, ёбаные гомофобы!

Лунтик: Интересно, а кого чморят гомофобы?

Кузя: Бля, голубых, конечно, кого же ещё!

Лунтик: Но я же фиолетовый…

Кузя: Да-да, ты фиолетовый. Думаю, нам стоит пойти к Корнею Корнеевичу и спросить у него прямо, правда ли, что четыре уха только у голубых.

Лунтик: Неправда, у меня четыре уха, но я же фиолетовый…

Кузя, Пчелёнок, Вупсень и Пупсень: (хором) Блядь, фиолетовый, заебал уже!

У Корнея Корнеевича.

Пчелёнок: Корней Корнеевич, а правда, что четыре уха есть только у голубых?

Корней Корнеевич: Фу, Кузя, говорить «голубой» плохо, п’нятненько?

Пчелёнок: Но Учительница часто говорит это слово на уроке, я сам слышал!

Корней Корнеевич: Слово «голубой» можно говорить, только если оно не субстантивированное, п’нятненько?

Пчелёнок: Нет, не «п’нятненько»!

Кузя: Так это правда?

Корней Корнеевич: Конечно, правда! Слово «голубой» действительно можно говорить, только если оно не субстантивированно, п’нятненько?

Кузя: Да нет, я про уши!

Корней Корнеевич: Ах, уши! Думаю, вам лучше спросить об этом у Шнюка, у него лап-то побольше будет, п’нятненько?

Кузя: Но…

Корней Корнеевич: Всё, ребята, мне некогда, п’нятненько? (уползает в нору)

Компания идёт к пауку Шнюку и по пути встречает четырёх бабочек, красящихся на цветке.

Пчелёнок: Бля, ничё такие! Я б им всем вдул!

Лунтик: Но у тебя же есть Мила!

Пчелёнок: Да похуй, эта жируха всё равно ничего не узнает.

Мила: (внезапно оказавшись позади Пчелёнка) Кхм! Не узнаю чего?

Пчелёнок: (резко дёргается и оглядывается) Ой, Мила, привет! А что ты тут делаешь?

Мила: Куличики, блядь, леплю! Не видно, что ли?

Пчелёнок: (действительно заметив песочные куличи) Кстати, давно хотел спросить… А нахуя ты их лепишь? Тебе ж не пять лет всё-таки.

Неожиданно Милу, Пчелёнка и остальных (кроме бабочек) окружают муравьи в военной форме с автоматами.

Главный муравей: Ни с места! Вы окружены! (обращается к подчинённому) 114-ый, проверить куличи!

114-ый: (разрушает все куличи) Всё чисто, командир!

Главный муравей: Хм… Ошибочка вышла. Ну ладно, хорошего дня!

Муравьи исчезают так же неожиданно, как и появились. Вместо того, чтобы заплакать, Мила почему-то улыбается.

Мила: Хи-хи-хи, вот дураки! Даже не додумались раскопать песок под ними! (раскапывает песок под одним из куличей, достаёт шприц и колет себе в вену) Хи-хи-хи!

Пчелёнок: (разочарованно ахает) Мила! Как ты могла! Я же твой пацан, почему ты со мной не поделилась!

Мила: Вот и вали за дозой к своим бабочкам, мудила!

Элина: Иди на хуй, жируха, мы не по этим делам!

Лунтик: А по каким вы делам?

Элина: Мы самые обычные бабочки. Днём мы дневные бабочки, и просто приводим себя в порядок. А ночью мы становимся ночными бабочками и зарабатываем себе на пропитание.

Лунтик: Ух ты! И сколько вы зарабатываете за ночь?

Элина: Ну, жёлтенькая зарабатывает где-то 500, красненькая и синенькая могут и 700, если постараются, а я, как самая опытная — и целый грамм нектара могу заработать. А ваша Мила с такой фигурой и 200 миллиграмм не заработает, хи-хи-хи!

Мила: Больно надо, шлюхи! Зато я умею пердеть влагалищем! (демонстрирует всем громкий выпук)

Все: (скривившись от отвращения) Фу-у-у!

Пчелёнок не выдерживает и блюёт прямо на Милу.

Мила: Фу-у-у! (вдруг улыбается) Выходит, я тебе по-прежнему не безразлична?

Пчелёнок: Нет, Мила, конечно же, ты мне безразлична. Просто твой выпук был просто омерзителен!

Мила: Ах так! (не менее громко пердит влагалищем прямо под нос Пчелёнку и уходит с гордо поднятой головой)

Элина: Во дура! Вагину надо использовать с пользой, а не для каких-то вонючих выпуков! Вот я, если б не сутенёр, могла б уже целый литр заработать!

Лунтик: А зачем нужен сутенёр?

Элина: Вообще-то, чтобы защищать нас от всяких мудаков. Но пока он защищает нас только от одного мудака.

Лунтик: И от кого же?

Все бабочки: (хором) От самого себя!

Кузя: С удовольствием бы воспользовались вашими услугами, но нам пора к дяде Шнюку (компания уходит)

Лунтик, Кузя, Пчелёнок, Вупсень и Пупсень у двери дома паука Шнюка. Изнутри доносятся сладострастные стоны хозяина. Не успевает Кузя вежливо постучаться, как Вупсень и Пупсень без стука врываются внутрь.

Вупсень: А-ха-ха-ха-ха! А дядя Шнюк дрочит! Дядя Шнюк рисует голую паучиху, пишет эротические стихи и дрочит на всё это! А-ха-ха-ха-ха!

Шнюк: (вовсе не испугавшись и даже не смутившись) Эх, ребята, как вам не стыдно! Это вы, с позволения сказать, дрочите, а я ТВОРЮ! Сейчас, только сделаю последний штрих. (эякулирует на нарисованную паучиху) Вуаля!

Пупсень: И всё-таки Вы дрочили, дядя Шнюк!

Шнюк: Тупые гусеницы! У меня же шесть рук, должен же я их чем-нибудь занять! У вас же самих по шесть ног, вы должны меня понять!

Вупсень и Пупсень: Э-э-э… Ну и что?

Шнюк: Вот двумя ногами вы ходите, а чем в это время заняты остальные четыре?

Вупсень и Пупсень: Вообще-то мы используем все ноги при ходьбе, дядя Шнюк.

Шнюк: Бля, вот говно…

Лунтик: Дядя Шнюк, а вы не хотите заняться настоящим сексом?

Шнюк: Да я бы рад, но мне никто не даёт. До сих пор девственник…

Вупсень: Это потому, что Вы старый и лысый? А-ха-ха-ха-ха!

Шнюк: Нет, жирный, это потому, что у меня огромный хуй! (демонстрирует его всем; чёрный прямоугольник с надписью «censored» не уступает по размерам целому Кузе)

Все: Ни хуя себе!

Шнюк: Правда я не знаю как это делается, и не знаю даже, как подкатывать к тёлкам. Пупсень, может ты подскажешь как это?

Пупсень: Очень просто:

  • 1. Подходишь к тёлке.
  • 2. ?????
  • 3. PROFIT!

Лунтик: Я пока позову бабочек, вдруг они знают, что делать! (уходит)

У бабочек.

Лунтик: Элина! Красненькая, как тебя там! Жёлтенькая, как тебя там! Синенькая, как тебя там! Дяде Шнюку нужна ваша помощь!

Элина: Какая ещё помощь? У него же целый гарем рук, хи-хи-хи! К тому же, он страшный жмот (и просто страшный тоже), а мы бесплатно не работаем.

Лунтик: Но у него же вот такая писька! (широко разводит руки)

Элина: (мечтательно улыбнувшись) М-м-м, в самом деле? Что ж, пожалуй для него я, так и быть, сделаю исключение…

Красненькая, жёлтенькая и синенькая бабочки: А почему это ты?! Мы тоже хотим!

Элина: Куда вам, салаги! Вы же тотчас порвётесь!

Красненькая, жёлтенькая и синенькая бабочки: (немного поразмыслив и решив, что действительно могут порваться) Хорошо-хорошо, иди к своему Шнюку, мы не возражаем.

У паука Шнюка в доме не без большого прямоугольника с «censored».

Элина: М-м-м, мой любимый цвет! Мой любимый размер!

Шнюк: Та-а-ак, сейчас посмотрим… Значит, этот надо вставить до упора в эту. Та-а-ак… (медленно вставляет)

Элина: А-А-А-А-А! (слышится взрыв, кровавые останки Элины летят в разные стороны)

Все: О Господи, они убили Элину! Сволочи!

Шнюк: Ну надо же, какая незадача. А я-то думал, в неё всё что хочешь влезет.

Лунтик: Не расстраивайся, дядя Шнюк! Кажется, я знаю, в кого ты сможешь вставить до упора и не порвать! (уходит)

Где-то недалеко от пруда.

Лунтик: Привет! Не хочешь помочь моему другу дяде Шнюку?

Клава: Клава!

Лунтик: Нужно просто заняться с ним сексом!

Клава: Клава?

Лунтик: А больше никто не хочет…

Клава: Клава… Клава… К-К-Клава?

Лунтик: Ну ты же большая, да ещё и редкостная жаба, ты-то уж точно не откажешь!

Клава: КЛАВА?!

Лунтик: Прости, я не хотел тебя обидеть. Просто он уже лопнул Элину, и я подумал, что…

Клава: (в ужасе скачет прочь) КЛАВА! Клава! Клава-Клава-Клава…

Смеркалось. Уставший Лунтик возвращается к приёмным дедушке и бабушке.

Баба Капа: (под генералом Шером) Да, Шершуля, Да! Ещё! Ещё! Глубже!

Лунтик: Бабуль, дедуль, а что это вы делаете?

Генерал Шер: (быстро накрывшись одеялом) Видишь ли, Лунтик…

Лунтик: Да я понял, что ебётесь, это был риторический вопрос! Бабуля, а ты не могла бы точно так же лечь под дядю Шнюка?

Генерал Шер: ЧТО-О-О?! Да как ты смеешь, мелкий пиздюк!

Баба Капа: Действительно, Лунтик, что ты такое говоришь…

Лунтик: Просто дядя Шнюк так одинок, а подходящую партнёршу мы ему так и не нашли. Даже такая опытная ночная бабочка, как Элина, не выдержала и порвалась…

Генерал Шер: ЧТО-О-О-О-О-О-О?!! ТОЛЬКО НЕ ЭЛИНА!!! ГОВНО! (1) ГОВНО! (2) ГОВНО! (3) ГОВНО! (4) ГОВНО! (5) ГОВНО! (6) ГОВНО! (7) ГОВНО! (8) ГОВНО! (9) ГОВНО! (10) ГОВНО! (11) ГОВНО! (12)

Лунтик: А, так ты и есть тот самый сутенёр, дедуля?

Генерал Шер: Нет, бля, я просто так повторил слово «говно» (13) двенадцать раз подряд! А теперь пошёл на хуй отсюда, мне такие четырёхухие внуки не нужны!

Лунтик в слезах идёт топиться в пруд, но на самом дне вспоминает, что может дышать под водой, а заодно и застаёт целующихся Пескаря Ивановича и Рака Чикибряка.

Лунтик: Извините…

Пескарь Иванович: Чего тебе, гетераст?

Лунтик: А правда, что четыре уха есть только у голубых?

Пескарь Иванович: Ты видишь у меня уши, пра-ативный?

Лунтик: Н-нет.

Пескарь Иванович: А у Рачка Чикибрячка, которого я бы поставил рачком?

Лунтик: Тоже нет…

Пескарь Иванович: Значит, неправда. К тому же, ты не голубой, а фиолетовый. А теперь проваливай отсюда, мы заняты.

На следующее утро. Лунтик, Кузя и Пчелёнок опять стоят в шеренгу на лужайке и пялятся вперёд, будто бы ожидают несуществующего автобуса.

Лунтик: Я сегодня многое понял. Неважно, какого ты цвета или ориентации. Неважно даже, сколько у тебя ушей. Главное, что…

Пиявка: (истошно орёт из пруда) ЗАТКНИСЬ, СУКА, ВСЮ НОЧЬ ВЧЕРА СПАТЬ НЕ ДАВАЛ, ДАЙ ХОТЬ СЕЙЧАС ВЫСПАТЬСЯ!!!

Откуда ни возьмись, появляется жаба Клава и ловко съедает пиявку, словно муху.

Лунтик: О Господи, она съела пиявку!

Кузя: Сволочь! А Клава — красава…