Кинотеософия

Материал из Абсурдопедии
Перейти к:навигация, поиск

Кинотеософия — новая ветвь левого течения, появившаяся в XXI веке. Некоторые исследователи ошибочно относят кинотеософию к пост-лефтистским идеям, но это утверждение — ошибочно. Кинотеософия это наука о взаимоотношении человека, изобретений и высшего разума посредством передачи этих отношений через игрушечных собак.

Основные идеи[править]

Итак, кинотеософия утверждает, что вся история человечества являлась историей изобретения. Изобретения игрушечных собак. В передаче отношений, взаимосвязи человека и игрушечной собаки, кинотеософия многое взяла от марксизма. На всех этапах существования классового общества, человек создавал игрушечных собак. Всегда же существовали два антагонизирующих класса: те, кто создавал игрушечных собак и те, кто эксплуатировал их. Рабочий, создающий собаку, не мог играть с ней или создать её для своих детей, потому что она воплощалась в деньги, на которые рабочий ел, содержал семью итд. Эксплуатируемый класс, следовательно, рождался и жил лишь для того, чтобы создавать, изобретать новых и совершенствовать старых игрушечных собак. Следовательно, собака — есть сам рабочий, так как рабочий сам есть продукт своего труда. Тут выплывает известная формула:

Рабочий = Капитал = Игрушечная Собака.

Следовательно, капитал уравнял рабочего и собаку, сделал их одним целым. Но, поскольку собака собственностью рабочего не является, происходит отчуждение посредством диалектического закона отрицания отрицания. Рабочий воплощается в том, чем он не может являться, в первую очередь, в связи с экономическими условиями. Рождается отчуждение рабочего от игрушечной собаки, за которым следует отчуждение рабочего от рабочего, ведь каждый друг другу и своему продукту труда есть враг, единая сущность и конкурент одновременно. Отсюда кинотеософия берет объяснение появления религий. Создатель игрушечной собаки придаёт со временем ей идеалистический характер, отождествляя её со всеми своими благами. Это перерастает в предрассудки. Так появляется тотемизм и анимизм. Но тотемизм и анимизм — лишь часть диалектики кинотеософии. Кинотеософия отрицает почти всю современную науку. Все что ей нужно — существует в ней. Ради восполнения своих духовных потребностей, рабочий создаёт себе на небе игрушечную собаку. Ей же он заменяет физику, переводя природные явления в метафизическую область. В отношении наук кинотеософия содержит в себе некоторые основы физики, истории, механики, термодинамики, но преподносит их исключительно идеалистически. Чешский кинотеософ Ян Мртвы сформулировал некоторые законы, объясняющие природные явления, законы механики и, частично, аспекты человеческих отношений:

  1. Когда гремит гром, Великая Игрушечная Собака радуется на небе и бьёт от радости хвостом по облакам. Гром — отзвуки эха от удара.
  2. Человек отказывается и соглашается, покачивая головой, с чем либо всегда только в такт лаю/визгу/покачиванию головой самой близлежащей игрушечной собаки.
  3. Кинетическая энергия не исчезает бесследно, но сохраняется в батарейках временно выключенной игрушечной собаки.
  4. Абсолютный дух игрушечной собаки существует даже в абстрактном государственном праве.
  5. Бытие и сознание не определяют друг друга — их определяет степень радости Великой Игрушечной Собаки.

итд Подробней об этих законах и постулатах можно прочесть в фундаментальной работе этого учёного «Принципы кинотеософии. Против современной науки.»

Литература[править]

Ян Мртвы — «Принципы кинотеософии. Против современной науки.»

Казаков Мстислав — «Диалектика Кинотеософии», «Манифест Пельмеганистических Синдикатов», «Монархо-Синдикализм и вопросы Сталинизма».

Отец Артемий — «Экономика абсурда. Критика экоанархизма. Горграйнд как средство контрацепции.», «Парадокс Русского Рока», «Диалектика Игрушечной Собаки».

Политические Взгляды[править]

Если говорить о кинотеософии как политическом движении, то все настоящие кинотеософы являются монархо-синдикалистами. Они требуют, чтобы вся планета стала глобализированным полностью государством, где правил бы Монарх-Наследник, назначенный с неба Великой Игрушечной Собакой, а во всём мире тысячи рабочих синдикатов трудились бы для создания игрушечных собак для их дальнейшего сбыта на глобальном свободном рынке. Вопросы о поставке продуктов первой необходимости решались разным путём, но, скорей всего, к моменту пришествия монархо-синдикализма на планету, изобрели бы машины, работавшие для создания одежды, крова и пищи автоматическим путём. Если смотреть на современное общество, то, как считал Казаков и его последователи, монархо-синдикализм не ликвидирует разделение труда и часть рабочих будет вынуждена создавать предметы и товары первой необходимости, менять их на игрушечных собак, за которые потом они смогли бы получать деньги для покупки товаров, предметов и услуг первой необходимости для себя самих. Эти вопросы рассматривает ближайший соратник Казакова, председатель церкви Летающего Макаронного Монстра, отец Артемий, в своей фундаментальной работе «Экономика абсурда. Критика экоанархизма. Горграйнд как средство контрацепции.» В этой же работе он говорит об ещё одной идее, которую стали поддерживать некоторые неокинотеософы — диктатуре пельмеганов. Казаков вместе с своим научным сотрудником, потомственным князем Дворным Егором, сформировали тезисы о пельмеганах. Пельмеганы — антивеган движение, призывающее людей к исключительно потреблению натуральных мясных пельменей и водки в качестве жидкости, помогающей их усвоить. Оба (и Казаков, и Дворный) являлись приверженцами движения пельмеганов и активными агитаторами в его пользу. Но отец Артемий зашёл дальше, его пельмеганизм призывал к радикализации и террору. Во второй части своей книги, в главе «Критика экоанархизма», он говорит:

«В наше время слишком много людей начинают заботиться об экологии, а это может привести к краху цивилизации.- экосистема слишком сложна, многолика и нестатична, чтобы рациональный человек смог в ней выжить. И именно поэтому должна произойти кровавая война и повсеместная вырубка леса. Вся флора должна состоять из пшеницы а вся фауна из говядины. Присоединяйтесь к вооружённому восстанию пельмеганов и нашему верховному богу — механической собачке по кличке Гастрит.»

По его мнению именно милитаристские пельмеганы были теми, кто знает истинное имя Великой Игрушечной Собаки — Гастрит. Казаков по этому поводу ничего не говорил. Когда в одной из передач у него спросили «- Каково, как вы считаете, имя Великой Игрушечной Собаки?», он, улыбнувшись, ответил: «Я не знаю её точного имени, но точно знаю, что её не зовут Иисус. Иисус это мой знакомый, который играет на гитаре в рок-группе и он, скажу я вам — человек, а не собака.» Прийдя к власти, диктатура пельмеганов должна была уничтожить классовые противоречия, сделав угнетаемым классом полицейских, правых всех мастей, веганов и вегетарианцев и рок-музыкантов. Пельмеганы также должны были бы заняться перераспределением собак, доходов, пельменей и водки. Но пока ещё милитантный пельмеганизм не так популярен среди кинотеософов. Кинотеософы не поддерживают наличие многих государств из-за рыночной конкуренции и войн, которые они ведут ради завоевания рынков. Это всё вредит производству игрушечных собак. Но это не мешает расколу между более консервативным и более либеральным крылом кинотеософов. Кинотеософы-традиционалисты придерживаются той точки зрения, что на рынке сбыта игрушечных собак нет места существованию собак на солнечных батареях, а есть место различным «устаревшим», традиционным видам (статические, динамические, на пальчиковых батарейках, на бензине ит.п.). Это связано с тем, что солнечные батареи настолько сильны в конкуренции, что с ними не смогли бы сравняться никакие другие игрушечные собаки. Вот почему иногда, некоторые кинотеософские школы и отдельные личности принимают участие в некоторых военных конфликтах, связанных с рынком сбыта игрушечных собак. Прогрессивные же кинотеософы желают игрушечных собак на солнечных батареях и каждому — по его потребностям. Все равно собаки будут самой большой частью оборотного капитала при монархо-синдикализме, относительно к остальным его частям (деньги, услуги и т д). Под скипетром великого и справедливого монарха, пельмеганизированное на либеральных началах, общество, вступившее в эру кинотеософии навсегда познает счастье и достаток для всех.