Автобиографические записки сумасшедшего
Автобиографические записки сумасшедшего или просто Записки сумасшедшего — автобиографические дневники Гоголя в период его душевного кризиса (1834—1835 годы), когда несчастный писатель сошёл с ума и попал в сумасшедший дом[1]. Позднее вошли в цикл «Петербургских повестей».
Предыстория[править]
Невский проспект[править]
Вначале Гоголь жил в Петербурге под именем Аксентия Ивановича Поприщина, чтобы его не узнали местные петербургские поклонники Батьки-Тараса. В конце-концов он освободился от этого псевдонима и начал писать повести. Вот как это было. Началось всё на Невском проспекте, когда Гоголь (он же художник Пискарёв) увидал прелестную брюнетку и последовал за ней вплоть до ████-го дома на Литейной. Тут писатель узнал, кто его незнакомка: она была проституткой. Бедный Гоголь вскрикнул как ненормальный и уныло поплёлся домой, где ему виделось прекрасное сновидение, но всеми его стараниями возобновить его он не смог. Тогда он начал курить перед сном курительные смеси. Результат оказался более чем замечательным: она повсюду к нему являлась, и всё было хорошо. А в одном сне она настолько была хороша, занимаясь домашним хозяйством, что Гоголь даже подумал: а не забрать ли её из этого ужасного заведения похоти и разврата? Но когда он вновь вернулся туда и рассказал, как было дело, она только засмеялась. Гоголь такого не вынес, поначалу он даже хотел покончить с литературой. Но потом вернулся туда, воспользовался услугами этой брюнетки, а заодно и в литературу.
Но с тех пор Гоголь уже никогда не доверял женщинам в литературных и административных вопросах.
После этого нюанса он написал свою повесть «Невский проспект», где немного приукрасил события, а сам устроился в N-ский департамент Петербурга, где быстро (за 2 месяца) дослужился до ранга титулярного советника.
Начало душевного кризиса Гоголя[править]
Ненависть к начальнику отделения департамента[править]
Гоголь (он же Поприщин) ненавидел начальника отделения:
|
Признаюсь, я бы совсем не пошёл в департамент, зная заранее, какую кислую мину сделает наш начальник отделения. Он уже давно мне говорит: «Что это у тебя, братец, в голове всегда ералаш такой? Ты иной раз метаешься как угорелый, дело подчас так спутаешь, что сам сатана не разберёт, в титуле поставишь маленькую букву, не выставишь ни числа, ни номера». Проклятая цапля![2] Он, верно, завидует, что я сижу в директорском кабинете и очиниваю перья для его превосходительства. |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Октября 3, год 1834 | ||
Его ненависть к начальнику со временем только усиливается. Начальник же, замечая это, ещё сильнее унижает Гоголя и ругает его уже при всём честном чиновничьем народе. Гоголь же всегда чувствует, что начальник отделения везде за ним следит и хочет его ещё более унизить и опозорить. Гоголь даже понял, что начальник отделения — на самом деле инопланетянин, который решил завоевать человеческую расу. Но он никому не успевает об этом рассказать, так как он сходит с ума, понимая, что он — король Испании, Фердинанд VIII, а начальнику прямо ничего и не говорит. Гордец!
Любовь к директорской дочери[править]
Гоголь очень любил директорскую дочь и даже никогда не онанировал, вспоминая о ней — такая святая была эта любовь! Однако порочные мысли о ней бывали и у него:
|
|
Отворилась дверь, я думал, что директор, и вскочил со стула с бумагами; но это была она, она сама! Святители, как она была одета! Платье на ней было белое, как лебедь: фу, какое пышное! Лучше бы была бы совсем голая! А как глянула: солнце, ей-богу, солнце! Она поклонилась и сказала: «Папа́ здесь не было?» Ай, ай, ай! Какой голос! Канарейка, право, канарейка! «Ваше превосходительство, — хотел я было сказать, — не прикажите отыметь, а если уже хотите иметь, то имейте вашею генеральскою ручкою»[3]. Да, чёрт возьми, как-то язык не поворотился, и я сказал только: «Никак нет-с». |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Октября 4, год 1834 | ||
Гоголь постоянно за нею волочился, охал и ахал, глядя на её прелестное личико, улыбался, как последний дурак, и всё пытался дотронуться до её ручки; 86 Мартобря ему удалось (и не только это).
Разговор собачек Меджи и Фидель, их дружеская переписка и день 3 Декабря[править]
Гоголь постоянно волочился за директорской дочерью и везде, где видел её, останавливался и мечтал (но не онанировал) о ней. В один из таких дней он вдруг услышал разговор собачек:
|
|
Не успел я пробыть минуту, как вдруг слышу тоненький голосок: «Здравствуй, Меджи!» %б твою мать! Кто это говорит? Я обсмотрелся и увидел под зонтиком шедших двух дам: одну старушку, другую молоденькую; но они уже прошли, а возле меня опять раздалось: «Грех тебе, Меджи!» Что за чёрт! Я увидел, что Меджи обнюхивалась с собачонкою, шедшею за дамами. «Эге! — сказал я сам себе, — да полно, не нажрался ли я? Только это, кажется, со мною редко случается». — «Нет, Фидель, ты напрасно думаешь, — я видел сам, что произнесла это Меджи, — я была, ав! ав! я была, ав, ав, ав! очень больна». Ах ты ж, собачонка! Признаюсь, я очень удивился, услышав её говорящею по-человечески. Но после, когда я сообразил всё это хорошенько, то тогда же перестал удивляться. Действительно, на свете уже случилось множество подобных примеров. Говорят, в Англии выплыла рыба, которая сказала два слова на таком странном языке, что учёные уже три года стараются определить и ещё до сих пор ничего не открыли. Я читал тоже в газетах о двух коровах, которые пришли в лавку и спросили себе фунт чаю. Но, признаюсь, я гораздо более удивился, когда Меджи сказала: «Я писала к тебе, Фидель; верно, Полкан не принёс письма моего!» Да чтоб я не получил жалованья! Я ещё в жизни не слыхивал, чтобы собака могла писать. Правильно писать может только дворянин.[4] |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Октября 3, год 1834 | ||
Потом Гоголь хотел дослужиться до должности начальника отделения, но после просто плюнул (начальник отделения ничего не сказал, а просто молча оттёр харчок со своего лица) и решил прочесть «переписку, которую вели меж собою эти дрянные собачонки». Но прочитав её, он понимает, что его возлюбленная выходит замуж за самого императора (или камер-юнкера, не разобрался), после чего он впадает в ярость и безумие, ругается наиотборнейшим матом, грозится всех их пере%бать, а после думает, отчего он титулярный советник. Сам ход мыслей Гоголя отчётливо показывает его приближающееся безумие:
|
|
Я несколько раз уже хотел добраться, отчего происходят все эти разности. Отчего я титулярный советник и с какой стати я титулярный советник? Может быть, я какой-нибудь граф или генерал, а только так кажусь титулярным советником? Может быть, я сам не знаю, кто я таков. Ведь сколько примеров по истории: какой-нибудь простой, не то уже чтобы дворянин, а просто какой-нибудь мещанин или даже крестьянин, — и вдруг открывается, что он какой-нибудь вельможа, а иногда даже и государь. Когда из мужика да иногда выходит эдакое, что же из дворянина может выйти? Вдруг, например, я вхожу в генеральском мундире: у меня и на правом плече эполета, и на левом плече эполета, через плечо голубая лента — что? Как тогда запоёт красавица моя? Что скажет и сам папа, директор наш? О, это большой честолюбец! Это масон, непременно масон, хотя он и прикидывается таким и эдаким, но я тотчас заметил, что он масон: он если даст кому руку, то высовывает только два пальца. Да разве я не могу быть сию же минуту пожалован генерал-губернатором, или интендантом, или там другим каким-нибудь? Мне бы хотелось знать, отчего я титулярный советник? Почему именно титулярный советник? |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Декабря 3, год 1834 | ||
Окончательное сумасшествие Гоголя[править]
Гоголь читает газеты и узнаёт, что «странные дела делаются в Испании». Он беспокоится за эту страну и понимает, что король есть, да только он где-нибудь, да скрывается. Гоголь плюёт на департамент и на вицмундир (харчок на вицмундире после оттирает), а вместо того думает о испанских делах.
Но после:
|
|
Сегодняшний день — есть день величайшего торжества! В Испании есть король. Он отыскался. Этот король я. Именно только сегодня об этом узнал я. Признаюсь, меня вдруг как будто молнией осветило. Я не понимаю, как я мог думать и воображать себе, что я титулярный советник. Как могла взойти мне в голову эта сумасбродная, дебильная и грёбаная мысль? Хорошо, что ещё не догадался никто посадить меня тогда в сумасшедший дом. Теперь передо мною все открыто. Теперь я вижу всё как на ладони. А прежде, я не понимаю, прежде всё было передо мною в каком-то тумане. И это всё происходит, думаю, оттого, что люди воображают, будто человеческий мозг находится в голове; совсем нет: он приносится ветром со стороны Каспийского моря[5] |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Год 2000, Апреля 43 числа | ||
Сумасшествие Гоголя[править]
«Мартобря 86». Между днём и ночью[править]
Гоголь в последний раз отправился в департамент. Его запись свидетельствует о том, что его не поняли и сочли за сумасшедшего (меж тем он на самом деле был королём Испании, просто он после освобождения из психушки решил об этом забыть):
|
|
Я для шутки пошёл в департамент. Начальник отделения думал, что я ему поклонюсь и стану извиняться. А вот х$й ему! Я посмотрел на него равнодушно, не слишком гневно и не слишком благосклонно, и сел на своё место, как будто никого не замечая. Я глядел на всю канцелярскую сволоту и думал: «Что, если бы вы знали, кто между вами сидит… Господи боже! Какую бы вы ералаш подняли, да и сам начальник отделения начал бы мне так же кланяться в пояс, как он теперь кланяется перед директором». Передо мною положили какие-то бумажки, чтобы я сделал из них экстракт. Но я и пальцем не притронулся. Даже задницы ими бы не подтёр. Через несколько минут всё засуетилось. Сказали, что директор идёт. Многие чиновники побежали наперерыв, чтобы показать себя перед ним. Но я ни с места. Когда он проходил чрез наше отделение, все застегнули на пуговицы свои фраки; но я совершенно ничего! Что за директор! Чтобы я встал перед ним — никогда! Какой он директор? Он мудак, а не директор. Обыкновенный, простой мудак, больше ничего. Мне больше всего было забавно, когда подсунули мне бумагу, чтобы я подписал. Они думали, что я напишу на самом кончике листа: столоначальник такой-то. Как бы не так! А я на самом главном месте, где подписывается директор департамента, черкнул: «Фердинанд VIII». Нужно было видеть, какое благоговейное молчание воцарилось; но я кивнул только рукою, сказав: «Не надо! Не нужно делать мне знаки подданничества!» — и вышел. |
|
| — Дневники Гоголя. Запись Мартобря 86. Между днём и ночью | ||
Далее он отправился к дочери директора, где сказал, «что счастие её ожидает такое, какого она и вообразить себе не может, и что, несмотря на козни неприятелей, мы будем вместе». Но в черновой рукописи (более правдивой) указывается на то, что Гоголь позволил себе изнасиловать её и поцеловать ручку (а после и в губки)[6]. После он обматерил весь департамент, назвав их «честолюбцами и христопродавцами», а к тому прибавил такие сквернохульные слова, что сам крестился и затыкал себе уши.
Попадание писателя в сумасшедший дом[править]
Гоголь сшивает себе мантию «из нового вицмундира, который надевал всего два раза». Показывает её своей чухонке (татарке по происхождению), но та падает в обморок (глупая!). После за ним являются депутаты испанские, чтобы препроводить его в Испанию, но пути делегация перехватывается, и Гоголя увозят в сумасшедший дом, который тот воспринимает за Испанию. Там его бьёт палкой по спине государственный канцлер, а сам Гоголь спасает Луну вместе с бритыми грандами, за что удостаивается медали «За спасение небесного тела» и титула «Фердинанд VIII Лунатик». После его бьют ещё сильнее, и Гоголь догадывается, что он попал в руки злобной инквизиции, а «тот, которого он принял за канцлера, есть главный инквизитор». Но его водит США и её хакеры с википедистами. Гоголь и об этом быстро догадывается и прячется, как только услышит его шаги. Например:
|
|
Сегодня великий инквизитор пришёл в мою комнату, но я, услышавши ещё издали шаги его, спрятался под стул. Он, увидевши, что нет меня, начал звать. Сначала закричал: «Гоголь!» — я ни слова. Потом: «Николай Васильевич! Титулярный советник! Дворянин!» Я всё молчу. «Фердинанд VIII, король испанский!» Я хотел было высунуть голову, но после подумал: «Нет, брат, не надуешь! Знаем мы тебя: опять будешь лить холодную воду и кидать спам мне на голову». Однако же он увидел меня и выгнал палкою из-под стула. Чрезвычайно больно бьётся проклятая палка. Впрочем, за всё это вознаградило меня нынешнее открытие: я узнал, что у всякого петуха есть Википедия, что она у него находится под перьями. Великий инквизитор, однако же, ушёл от меня разгневанный и грозя мне каким-то наказанием. Но я совершенно пренебрёг его бессильною злобою, зная, что он действует, как машина, как орудие американских википедиков. |
|
| — Дневники Гоголя. Запись 25-го числа | ||
Последняя уцелевшая запись[править]
В последней уцелевшей записи Гоголь окончательно сходит с ума, мечтает вновь увидеть мать, приехав к ней на «тройке быстрых, как вихорь коней». Но после он погружается в поистине философские размышления: «А знаете ли, что у алжирского дея под самым носом шишка?». Такого философствования Гоголь не ожидал даже от себя! Он думал над этим около недели, а после его освободили, так как он сам понял, что король Испании — это не он, а некий Поприщин (коим он себя и считал). После он и написал Похождения Фердинанда VIII, которые были сплошь проникнуты жизнеописанием великого короля (то бишь Гоголя).
Интересные факты[править]
- Автобиографические записки сумасшедшего — по-видимому, единственное, что осталось от 666 дневников Гоголя.
- Более всего сочувствовал Гоголю Белинский. Он лично пришёл к Гоголю, когда того выпустили, и потолковал с ним об алжирском дее и шишке у него на носу. За это Гоголь проломил Белинскому жбан, и тот уже никогда не говорил с ним об алжирском дее. Но об директорской дочери разговоры продолжились. На основе этого Белинский составил книгу «Как правильно поцеловать дочь директора». Книга была раскуплена.
- Гоголь за эти «Записки» получил чин коллежского ассесора и потомственное дворянство лично от начальника отделения. Но после тот уволил Гоголя, заявив, что на харчок он очень обиделся. Но на самом деле он обиделся на инопланетянина.
Примечания[править]
- ↑ Правда, после Гоголя освободили, так как сочли нормальным, но этот факт почему-то не нашёл отражения в «Записках»
- ↑ Правильнее — удод! (Прим. Гоголя)
- ↑ Сам Гоголь, однако, больше таких мыслей никогда не допускал
- ↑ Понятно, уроды невежественные?! (Прим. Гоголя)
- ↑ Но это не бред, Гоголь говорил совершеннейшую правду, просто люди не хотели отдавать умного испанского короля
- ↑ Вероятно, он её и не насиловал, а просто себе это вообразил
Понравилось — покажи друзьям.
 |
Это — хорошая статья. Она была признана одной из достойных статей Абсурдопедии.
|
