Портал:Ролевая игра/Игра 1/Глава 44

Материал из Абсурдопедии
Перейти к:навигация, поиск

Глава 44[править]

Глава 44, в которой герои заглядывают в Административный район.

Локация: Культурный переулок, столица Норланда[править]

Ровно в 10:00 героев разбудил громкий храп, беспрепятственно проходящий сквозь любые стены и доносящийся из квартиры № 1, в которой безмятежно дрыхнет посол Огурцов. В шкафах квартир, которые подолгу пустовали, нашлась только нескоропортящаяся еда — сушёная рыба, бутилированные напитки с безалкогольными напитками (от томатного сока и лимонада до тархуна и кваса для окрошки), сухарики, жареный картофель, но ничего насекомого (в самих квартирах тоже нет ни тараканов, ни мушек, ни муравьёв).

Карл успешно разгрыз верёвку, которой он был привязан к дереву, и катает местных ребятишек на спине возле забора школы. Местный волонтёр стоит на страже между Карлом и забором школы и присматривает за тем, чтобы решётку никто не жевал.

Хорошо выспавшиеся герои, заспанный Малин и уплетавшие всю ночь сгущёнку полурослики (рюкзаки которых уменьшились в объёме, а пузо наоборот увеличилось) вышли из дома. На улице 18 °C, и с неба немного капает (но дождевое облако в небе только одно, и северно-западный ветер вскоре унесёт его прочь).

Герои находятся на площади Культурного переулка (рядом с многоквартирным домом, в котором останавливались).

Нэрнир смотрит, есть ли рядом журналисты.

Рядом нет журналистов. Из здания редакции «Жареных фактов» выходит очень грустный молодой человек. Окошко редакции открывается, и ему кричат вслед: «Спасибо, что пришли к нам на собеседование! Попробуйте снова через год-другой». Окошко редакции закрывается.

Нэрнир — полуросликам: Сколько у вас ещё сгущёнки?

Полурослик Сам: Двенадцать банок сгущёнки и одна банка варёнки.

Полурослик Маргарин: (уверенно) Но мы решим эту проблему.

Нэрнир: Если вы не будете есть меньше, то превратитесь в колобков.

Полурослик Сам: (рассудительно) Это упростит спуск с гор, что очень важно в путешествиях. А также поспособствует успешному сбеганию от зайцев, волков и медведей.

Нэрнир (рассудительно): Но в конце вас съест лиса…

Полурослик Сам: (рассудительно) Мир несовершенен.

Чупакамака: Я думаю, нам нужно сходить в город и купить еды: челогеккской и полуросличьей, да и всякой еды. И для животных тоже, пока Карл решётку не съел.

Чупакамака: Только сначала ещё придётся менять валюту. Если Иван и я скинемся по 5 дукатов, а остальные дадут столько же лирами, нам на первое время хватит. А там посмотрим из расчёта на то, сколько дней мы тут пробудем.

Нэрнир: Карлу можно купить какую-нибудь жевательную штуку.

Нэрнир — полуросликам: А что вы хотите кроме сладостей?

Полурослик Маргарин: На самом деле мы совсем не привередливы, а очень даже всеядны. Хоть по нашим блестящим от сгущёнки лицам этого и не скажешь. Мы можем есть любую местную еду — главное, чтобы её было много.

Нэрнир: Вам стоит сесть на диету и меньше есть, так что купим вам овощей и фруктов, а сгущёнка — как награда и десерт.

Полурослик Сам: Предлагаю сгущёнчатую диету. Есть ровно столько сгущёнки, сколько даёт 80 % от необходимых в день калорий.

Нэрнир: Если найдём достаточно пауков, я вам их могу замариновать.

Полурослик Сам: (кивает) Домашняя еда, как в моей родной норе.

Чупакамака: Нэрнир шутит. Мы купим мяса, рыбы и другой белковой пищи. И овощей тоже, на гарнир. А сгущёнка будет вам на сладкое.

Нэрнир: Но немного сгущёнки.

Полурослик Маргарин: А ещё лучше много.

Чупакамака: Давайте не загадывать на будущее, тем более, на ближайшее. (улыбается) Сейчас сходим в магазин, на рынок, узнаем цены. Тогда станет понятно, сколько какой еды мы можем купить. И давайте посмотрим, нет ли рядом отделения банка. Может быть, мы здесь поблизости сможем обменять деньги и купить продуктов.

Нэрнир: Ну, пойдём что ли?

Чупакамака: Да.


Нэрнир подходит к молодому человеку.

Молодой человек: (медленно идёт по улице, отчаянно жестикулирует и разговаривает с собой вслух) Недостаточно коммуникабелен и целеустремлён… Не умею настаивать на своём… Да кто они такие…

Нэрнир достаёт перо и блокнот.

Нэрнир: Добрый день, почему вы идёте с таким видом?

Молодой человек: Я выпускник факультета журналистики Королевской Академии. Я ищу работу, и у меня только что произошло худшее интервью в моей жизни.

Рудольф: (подходит) Ну, это неудивительно, когда какой-то любопытный жмых подходит к вам в момент отчаяния и спрашивает, почему… (потягивается)

Нэрнир записывает.

Нэрнир: А почему вы выбрали именно эту редакцию из двух?

Молодой человек: У них много бонусов, кроме зарплаты — например, можно писать ехидные заметки о людях и организациях, которые тебе не нравятся.

Нэрнир записывает.

Нэрнир: А что вы теперь будете делать, после того, как вам отказали?

Молодой человек: Устроюсь на работу к дяде на мануфактуру шитья фартуков, либо переоденусь в школьную форму, глупо постригусь, сгорблюсь и попробую устроиться на работу в «Детские газеты». Я там подрабатывал в мои школьные годы, пока не вымахал до 1.8 метров.

Рудольф: Считаете, что работать на дядю — вариант, когда вы выше 1.8 метра?

Молодой человек: Многие мои ровесники не хотят работать на дядю. Но рост моего дяди — 2 метра, поэтому мне можно.

Рудольф: Я бы, с ростом 1.87, не согласился бы. Лучше сами ищите свое призвание, а не то на всю жизнь застрянете у дяди. Я нашел, и теперь путешествую, коллекционирую грибы и вирусы.

Молодой человек: У меня была журналистская идея — писать памфлеты на листовках и клеить их по стенам ночью. Буду очень сонный, но много потенциальных клиентов — многие захотят такой памфлет о конкурирующих магазинах или мануфактурах. Рассчитываю и на зарубежных заказчиков.

Нэрнир: Что ж, печально. Ну, спасибо за информацию. Удачи в поиске работы!

Молодой человек: (грустно) Там нужна не удача, а покерное лицо и шпаргалка «что отвечать на глупые вопросы». Они меня спросили, кем я вижу себя в их компании через 5 лет… Когда я подумал, что буду у них работать более пяти лет, я не смог скрыть своего ужаса.

Чупакамака: Надо было сказать: «Владельцем этой газеты. И не только этой. И не только газет». И сделать зверское лицо.

Молодой человек: (погримасничал, тренируясь делать зверское лицо) В следующий раз так и сделаю. Спасибо за совет!

Чупакамака: Лучше всего не только сказать, но и сделать. И уволить всех, кто задавал глупые вопросы. (хихикает)


Малин: Будем ли будить посла? Или нагрянем к церемониймейстеру, которому он отправлял письмо, без приглашения. Насколько я понял, он обычный чиновник.

Чупакамака: Давайте никого будить не будем. Заглянем к церемониймейстеру. А оттуда — в банк и в магазин.

Нэрнир: Согласен.

Рудольф снимает инвалидную коляску с Карла, садится на нее и вытирает пот с шеи.

Рудольф: Вперед.

Освободив Карла от катавшихся на нём детей, герои вышли походом на восток — в сторону старого города (административного района).

Локация: Административный район, столица Норланда[править]

Дорога, соединяющая Культурный переулок и старый город, проходит через пригород — милые одноэтажные домики, с гаражами для телег, конурами для собак, деревянными «деревьями» для котов, мангалами для шашлыков, скворечниками для колибри. В одном из домов раздаётся топор дровосека, в другом что-то куют молотом, в чердачное окно третьего кто-то лезет по верёвке, подозрительно напоминающей волосы многометровой длины.

В самом Административном районе есть здание парламента (на входе стоит гражданский охранник, который проверяет документы у входящих), офис партии империалистов, офис партии юнионистов (временно закрыт на ремонт, его входная дверь заляпана кетчупом, а некоторые окна разбиты), здание министерства экономики, военная база (вход охраняют двое рыцарей в полном облачении, включая антимагическую броню), голубятня и административный корпус, обклеенный табличками «Для посещения офиса чиновника такого-то прокричите в окно число 12» (если таблички не лукавят, то здание забито чиновниками всех мастей и специализаций, вплоть до ответственных за дезинсекцию помещений, за придворные церемонии, за благоустройство территорий, за логистику сухпайков и так далее).

Некоторые старые дома заброшены, и в них не горит свет. Проходя мимо, Нэрнир и Чупакамака заметили, что в окно одного из таких домов залез маленький мальчик (на вид 7-8 лет), а ещё два его ровесника стоят на стрёме.

На площади имеется колодец (с необычно большим и бронированным ведром, а также толстой цепью вместо верёвки), а также бочка кваса (и дежурящий у неё продавец). На стене одного из домов висит объявление «В редакцию таблоида „Жареные факты“ требуются дерзкие и коммуникабельные журналисты, не скованные стереотипами и умеющие добиваться своего. Культурный переулок, дом 33».

В открытом кафе (согласно большому меню на входе) подают искусственное мясо, искусственный сыр, напиток «0 калорий», суперпитательный напиток из зелёных ростков пшеницы, эльфийские бутерброды из травы и цветов, жареных кузнечиков, яичницу, жареного молнией голубя и жареные шампиньоны. За одним из столиков сидят два человека — богато одетый купец, который увлечённо рассказывает о своих успешных инвестициях в мануфактуры, и мужчина средних лет с канцелярским планшетом (таким же, как у журналистки в Культурном переулке) и в тёмных очках (которые скрывают от купца тот факт, что его собеседник давно заснул и не слушает его).

Ещё один канцелярский планшет есть в руках у мальчика 11-12 лет, который что-то спрашивает у какого-то чиновника у входа в административный корпус.

На площади множество гражданских (в основном людей, но есть и челогекко), которые приходят из других районов, посещают административный корпус или соседние здания без табличек, а затем выходят из города: либо по одной из трёх хороших каменных дорог (южной до рынка, западной к спальному району и северной в заснеженные горы), либо по грунтовой дороге к востоку, где снова начинается одноэтажный пригород (похоже, что все четыре района образуют растянутый по большой площади мегаполис). За порядком на площади следят четверо волонтёров.

Средний местный житель не выглядит голодным и довольно хорошо одет, но не похож на расслабленных и ленивых фермеров Гусляндии, а производит впечатление делового челогекко.

Герои осматриваются вокруг.

Центральная площадь[править]

Чупакамака: Здесь мило. Но слишком много эд… журналистов. Однако как найти офис церемониймейстера?

Нэрнир: Он где-то среди тех офисов чиновников, только в каком…

Чупакамака: Если так, пойдём к тем офисам, почитаем вывески.

Нэрнир и Чупакамака подходят к административному корпусу к табличкам.

Чупакамака вернулась от здания с чиновниками. Нэрнир вернулся от Рудольфа и собирающих макулатуру детей.

Нэрнир превращается в себя.

Нэрнир: Ну, пойдём к империалистам или ещё куда?

На коляске подъехал Рудольф.

Нэрнир призывает трёх воронов.

Нэрнир успешно создал трёх воронов, один чернее другого.

Нэрнир — воронам: Присмотрите за этими детьми и прилетайте когда я вам ментально прикажу, после чего расскажите всё что видели и слышали.

Вороны улетают шпионить за детьми.

Нэрнир: Если что-то произойдёт, мы об этом узнаем.

Чупакамака: Привет! Чем вы занимались? Что произойдёт?

Нэрнир: Если дети понесут книги не куда надо. Я подумал над словами Рудольфа. Эти вороны — мои шпионы.

Рудольф: Посмотрим, пойдет ли все не так.

Чупакамака: Какие дети? Какие книги? Расскажите…

Нэрнир: Те дети, которые по заброшкам лазают и собирают книги по запретной магии.

Чупакамака: Ого! Книги по запретной магии в заброшках? Дети, которые берут из заброшек вещи? Охохохохо…

Рудольф: Утверждали, что несут их к инквизиторам. Как по мне, обычные безнадзорники или даже беспризорники, которые хотят эти книги продать.

Чупакамака: Так… А волонтёры, которые за порядком смотрят, спокойно относятся к визитам в заброшки? И кому дети эти книги носят? Книголюбам? В подпольные книжные? Инквизиторам? Не знаю… инквизиторы должны были бы сами проверить книги… Скорее, кто-то ещё их скупает… Хм…

Рудольф: Вот это меня и напрягает, что этим якобы занимаются дети, а не инквизиторы или полицейские. А то мало ли — наткнутся на заколдованную книгу, которая откусит им лица и гениталии.

Чупакамака: Вороны — это хорошо. Но, может быть, спросим волонтёров-дежурных, можно ли лазить по заброшкам. Ведь нет же? Затем что это за заброшки? Дома арестованных некромантов? А почему тогда инквизиция не проверила их? Если там могут быть опасные книги, то надо бы как-то остановить эти походы. Может, предложим охранникам установить на заброшки защитные руны? И ещё надо понять, кто скупает книги у детей.

Нэрнир: А что если они не маги, то как они поставят руны? Про скупщиков я уже сказал, вороны скажут что видели и мы будем с этим работать. Хм…

Чупакамака: Руны поставим мы! А затем научим кого-нибудь из волонтёров. А то наткнётся ребёнок на книгу…

Нэрнир: Волонтёры должны владеть магией. А воздействие на руны будем только мы чувствовать. Я не уверен, что волонтёры владеют магией, а мы не можем быть везде.

Чупакамака: Ты против? Мы можем же СПРОСИТЬ!

Малин: (с сомнением) А если на такую книгу наткнутся инквизиторы или полицейские, то… ничего страшного?

Рудольф: Так они хотя бы будут готовы к этому, в отличие от детей.

Чупакамака: Полицейские, наверное, вызовут специалистов.

Полурослик Сам: (громко) У вас тоже есть такая злая книга — Гримуар. И ничего страшного — никого ещё не укусила!

Чупакамака: Ха-ха-ха. Так пойдём, сдадимся полиции!

Рудольф — Саму: (ехидно) Не все злые книги кусаются, мой маленький друг.

Чупакамака: Серьёзно. Давайте расскажем, что здесь кто ни попадя лазает в заброшки. И спросим, кто тут раньше жил. Почему там такие книги. И можно ли сделать там магическую защиту. Может, среди волонтёров есть маги?

Чупакамака: В порядке бреда. Там действительно книги по запретной магии или всякое шарлатанство? Типа «Как создать философский камень из шишек и желудей» или «Как научить вурадалака пить кровь» — как будто он и так не умеет

Рудольф ухмыляется, слыша название последней книги, но сдерживает смешок, после чего опускает панамку на лицо.

Нэрнир: Хорошо, давайте пойдём к волонтёрам.


Один из волонтёров осматривает разбитые окна на здании офиса юнионистов. Двое других следят за кафе и голубятней соответственно. Четвёртый волонтёр подслушивает за беседой чиновника и мальчика с канцелярским планшетом.

Чупакамака: Давайте пойдём к тому, кто смотрит за голубятней? Остальные вроде заняты…

Нэрнир: Пошли. Можно потом будет перекусить в кафе, если проголодаемся. А потом к фракционникам, если что-то ещё не решим.

Чупакамака: У нас дома тюки с едой. И остатки на кухнях. И еще мы в магазин собирались. Я деньги просаживать в кафешках не буду.

Нэрнир: Хорошо. Но Карлу нужно что-то, что просто можно постоянно жевать. Он же не нуждается в еде.

Рудольф: Этот демон еще головы не начал жевать?

Чупакамака: Он предпочитает металл, дорогой наш большой друг.

Рудольф: (усмыляется) А ты уловила мою иронию и даже задела меня за живое… (мрачно) Не уверен, корректно ли мое исхудалое и полумертвое тело считать живым…

Нэрнир: Тогда купим ему что-нибудь металлическое.

Чупакамака: Телу Рудольфа? Тогда нам в магазин доспехов надо.

Нэрнир: Нет, Карлу, чтобы не жевал лишнее. А Рудольфу… Какие у тебя болезни, Рудольф?

Рудольф: За свою жизнь я болел гепатитом, холерой и оспой. Теперь у меня хроническая кахексия.

Нэрнир: Тогда тебе надо есть пищу богатую белками и жирами.

Рудольф: Придется компенсировать это усиленными физическими тренировками.


Чупакамака: И вообще, если уж наговорить сорок бочек арестантов, то больших бочек. Пусть в завтрашних газетах напишут, что послы Пунтарха, набранные из подозрительного разноплеменного сброда, собираются открыть порталы и призвать демонов, которые посадят на престол Гримуара. Первым декретом новой власти — из тюрем выпускаются опасные безумные пироманы и сжигают на кострах инквизиторов.

Нэрнир хихикает.

Чупакамака: Интересно, после столь лютой ахинеи «Жареные факты» потеряют читателей или в стране начнётся паника, переходящая в массовый психоз?

Чупакамака: Ну, ладно. (подходит к волонтёру, смотрящему за голубятней)

Кюри (которая только что сидела на земле) смешно чихнула и внезапно оказалась на плече у Нэрнира. От неожиданности она потеряла равновесие и съехала на когтях вниз, оставив на левой руке Нэрнира длинную, но неглубокую царапину.

Нэрнир залечивает царапину друидической магией.

Нэрнир: Эх, хорошая ты моя, когда ж ты уже покажешь свою магию…

Малин: Интересно. Она на мгновение исчезла и появилась в новом месте, как при полноценной телепортации. Но левая передняя и левая задняя лапки оказались в воздухе, и она упала. Это не телепортация… Магический отскок в сторону. И она не контролирует (по крайней мере пока), где именно она появляется после прыжка.

Малин: Возможно, в будущем она научится прыгать в нужном направлении и когда это нужно, а не когда случайно чихает.

Нэрнир: Это очень интересно.

Голос из рюкзака Нэрнира: (назидательным тоном) Я же предупреждал!

Нэрнир смотрит, что у него в рюкзаке.

Когда Нэрнир рылся в рюкзаке, слова «Я же предупреждал» повторились, и Нэрнир заметил, что голос исходит от Дефектного Меча Предупреждения.

Нэрнир: Хм… Да, он же дефектный. Ладно…

На площадь возвращается побеседовавшая с волонтёром Чупакамака.

Дефектный Меч Предупреждения: (назидательным тоном) Я же говорил, что котёнок тебя поцарапает! Надо было прислушаться!

Чупакамака: Кошки царапаются… ну надо же! Кто бы мог подумать (хихикает)

Нэрнир: Ну, что говорит?

Чупакамака: Вот что он сказал:

Лазить в заброшенные здания и подбирать брошенное имущество не запрещено законом. Так что непонятно, от кого дети прятались.
Книги могут скупать архивариусы, коммивояжеры, которые их перепродадут и… монахини из храма Богини Любви для библиотеки.
А вот Инквизиция будет долго допрашивать, откуда книги и не тёмный ли ты маг.
В этом доме одно время жил Гримфон и его ученики.
Дом не проверяли, поскольку не было доноса в инквизицию. А то, что «Жареные факты» писали, что там секта, никого не волнует, поскольку это жёлтая пресса.

Малин: Я не знал, что у Гримфона был дом в Норланде.

Чупакамака: У него тут ещё и брат есть, если я правильно поняла рассказ Нэрнира

Нэрнир: Да не ошибаешься.

Чупакамака: А книги, которые Гримфон собирал, действительно могут быть опасны?

Малин: Знания не бывают опасными. Опасным бывает их применение на практике.

Нэрнир: Мне звать воронов?

Чупакамака: Пусть последят, кому дети понесли книги!

Чупакамака: Я не имею в виду знания, я имею в виду: может ли там быть заколдованная книга, которая выжжет глаза или откусит нос?

Малин: Делать книги-ловушки — это не почерк Гримфона. Это мера от воров. Гримфон предпочитал шифровать свои дневники, и поэтому не беспокоился о воровстве. Мог ли он хранить чужую книгу, которая откусывает носы читателю? Теоретически мог, но зачем?

Чупакамака: Гримфон, или его студенты… там же его ученики жили. Ладно. Еще ведь в книгах, которые берут эти дети, могут быть заклинания, которые легко повторить. Как та девочка в баронстве Рюрика…

Малин: В некромантии нет заклинаний, которые легко повторить. Даже для поднятия летучей мыши (самое простое в некромантии) нужно долго практиковаться в магии манипуляции энергией. Если просто прочитать текст из книги, то зомби будет существовать не дольше двух секунд.

Рудольф: Я, конечно, никогда не занимался некромантией, но что-то мне подсказывает, что я мог бы ей легко овладеть, имея необходимые пособия.

Чупакамака: Это хорошо. Но хорошо, если там книги только по некромантии. Хотя… кто-нибудь повторит заклинание, сделает двухсекундного зомби, а его арестует инквизиция… (думает) Я думаю… Стоит ли нам сходить к инквизиторам? Рассказать про этот дом. А заодно и про ту девочку в Вест-Норланде.

Нэрнир: Можно после аудиенции.

Чупакамака: То есть завтра? А чем ты предлагаешь заняться сейчас?

Нэрнир: Посмотреть, что там за мальчик рядом с чиновником.

Чупакамака: Думаешь, там что-то важное для нас? Ну, посмотри. То есть, послушай. Видно-то и издалека

Нэрнир подходит к мальчику и чиновнику.

Чупакамака и Рудольф следуют за Нэрниром.

Чупакамака и волонтёр[править]

Чупакамака — волонтёру: Здравствуйте. Вы знаете, что тут неподалёку детишки забираются в заброшенные дома?

Волонтёр: Только что не знал, но теперь знаю. К счастью, эти дома не такие старые и очень крепкие — очень маловероятно, что играющихся там детей завалит.

Чупакамака: Но разве это разрешено? И потом, они таскают вещи оттуда.

Волонтёр: Вторжение на чужую территорию — нарушение закона. Кража чужих вещей — тоже нарушение закона. Но некоторый нюанс в том, что если территория ничейная, а вещи заброшенные, то есть ли пострадавший? Нет пострадавшего — нет преступления.

Чупакамака: Тоже верно. (задумывается, говорить ли волонтёру о книгах)

Чупакамака: А кто раньше жил вот в том доме? И почему его бросили вместе со всем имуществом?

Волонтёр: Конкретно в этом доме жили какие-то учёные и волшебники. У них был обычный кружок по интересам, хотя в «Жареных фактах» и публиковались слухи, что это была секта. Потом они разъехались кто куда — один уехал в Гусляндию и стал учеником архимага Гримфона, другие уехали в Шоколадные горы (к гномам), кто-то в Лепронд… В соседних с этим заброшенных домах жили другие уехавшие за границу. А вот в тех пяти домах были «грязные» мануфактуры — они дымили и загрязняли воздух в городе, и их перенесли в Возвышенный район, где мало кто живёт.

Волонтёр: Почему они не взяли с собой вещи, неизвестно. Возможно, они были им не нужны.

Волонтёр: Эти дома остаются незаселёнными, потому что дома в пригородах гораздо комфортнее — они зелёненькие, имеют дворы, окружены садами. Никто не хочет жить в каменных джунглях города. В Культурном переулке есть хорошие дома, а в Административном районе никто жить не хочет.

Чупакамака: Да, наверное, можно было бы устроить в них магазины, концертные залы, картинные галереи… Я видела музеи и картинные галереи в зданиях бывших фабрик. Или снести их и разбить парк.

Волонтёр: Можно. Надо предложить чиновникам официально конфисковать эти дома. А потом отдать местным купцам под условие устроить что-нибудь полезное на этих территориях… Сейчас купцы не могут этого сделать, поскольку у домов неясный статус.

Чупакамака: Мне сказали, что дети, которые лазили в заброшенный дом, вынесли оттуда подозрительные книги со странными названиями. Что-то про демонов и вурдалаков. Хорошо, если они отнесут их в офис инквизиции. А если нет? Есть тут кто-то, кто может покупать такие книги? А если там жил Гримфон, то там могут быть и опасные книги. Как бы они не навредили детям.

Волонтёр: Если они отнесут их в офис инквизиции, то эти книги наверняка сожгут. Ещё могут потрепать нервы ребёнка допросами «не чёрный ли ты маг, сынок», но потом разберутся и отстанут.

Волонтёр: Книги про демонов и вурдалаков могут быть и сказками. Если честно, то я сомневаюсь, что вурдалаки или демоны существуют.

Волонтёр: Я думаю, что такие книги много кто купит. Собиратели древних книг (архивариусы), купцы на перепродажу, учёные для изучения, монахини Богини Любви в библиотеку…

Волонтёр: А вот записи Гримфона — это последнее, что может навредить детям. Гримфон прославился тем, что очень скупо делился информацией с другими. Он передавал все свои знания устно (только своим ученикам), а все свои открытия записывал специальным шифром, непонятным простому челогекко.

Чупакамака: Записи-то навредить не могут. А вот книги, которые собирал Гримфон, могут. Есть такие заколдованные книги. Например, откроешь — и не можешь прекратить читать, или откроешь — а она глаза выжжет.

Волонтёр: (кивает) Бывает такое дело. А что, дети их открывают и читают?

Чупакамака: А инквизиторы за доставку книг по запрещённой магии платят? И почему они не проверили сами дом, в котором, возможно, была секта? Мало ли какие заколдованные предметы там сектанты оставили! И… а эти архивариусы и купцы скупают такие книги тайком от инквизиции? Или это разрешено?

Волонтёр: У инквизиторов есть награда за успешную сдачу материалов, относящихся к запретной магии. Книги, свидетельские показания против колдующих, координаты пентаграмм и так далее.

Волонтёр: Почему они не проверили этот дом… Возможно, никто не написал им донос про этот дом?

Чупакамака: И инквизиторы не знали, что там секта?

Волонтёр: С чего вы взяли, что там секта? Проверять каждый слух, публикуемый в «Жареных фактах» — никаких инквизиторов не напасёшься.

Чупакамака: Ладно, спасибо за информацию.

Чупакамака возвращается к остальным

Административный корпус[править]

Чупакамака: Тааак… (рассматривает вывески)

Нэрнир рассматривает вывески.

Таблички гласят: «Аренда государственных помещений» — кабинет 9, «Придворные церемонии» — кабинет 10, «Справки о вакцинации скота» — кабинет 11, «Обмен валют» — кабинет 13, «Офис-комната Синей Бороды» — кабинет 14, «Ведомство по методическим учебным изданиям» — кабинет 15, финансовое учреждение «Вклады и кредиты» — кабинет 16…
Рядом с табличками висит рупор.

Нэрнир: Нам в десятый.

Чупакамака: Наверное. Пошли спросим?

Карл жуёт рупор.

Нэрнир: Сказано прокричать 12. Вот рупор. Кричи, я стесняюсь.

Чупакамака отбирает у Карла рупор.

Чупакамака: Где сказано? Что кричать?

Нэрнир: Там была табличка прокричать в окно чиновника N число 12.

Чупакамака: Хм… Ну, ладно. (Подходит к окну № 10) Двенадцать!!!

Окно № 12 открывается, и оттуда высовывается бабушка в очках.

Сотрудница офиса № 12: Служба социальных работников и социальных работниц. Накормить тебя супом из кузнечиков, дочка?

Нэрнир: Хм… Значит кричи десять. Вот.

Чупакамака: Спасибо. Но нам нужно попасть в офис номер 10.

Сотрудница офиса № 12: (достаёт свой собственный мегафон) Эй, № 10, пришли по твою душу! (скрывается в своём окне)

Из окна № 10 выглядывает бородатый бодрый человечек средних лет, в галстуке, с пенсне и с консервативной причёской.

Церемониймейстер: Мастер придворных церемоний. Вы по поводу визита в Ильмень, вчерашнего письма о послах, или с объявлением войны?

Нэрнир: По поводу письма о послах. Мы — послы. Вот.

Чупакамака: Здравствуйте.

Церемониймейстер: Король сможет принять вас сегодня вечером. Визит произойдёт в его загородной резиденции, поскольку он всегда работает удалённо, а не из офиса в столице. В данный момент его резиденцию приводят в порядок.

Церемониймейстер: Ловите! (бросает в Нэрнира пушистую сову)

Нэрнир ловит сову.

Церемониймейстер — сове: Запомни, этот эльф — посол Нэрнир! Лети обратно ко мне! (сова вырывается и влетает обратно в окно) Теперь я смогу вас оповестить этой совой, когда король будет готов вас принять.

Чупакамака: Простите, а кто собирается объявлять войну? Если это не секрет?

Церемониймейстер: Находятся желающие! Это популярная уловка у прессы, чтобы добираться с интервью до короля. По протоколу король должен лично выслушать декларацию войны, поэтому редакция газеты объявляет себя независимым государством и отправляет к королю посла, чтобы объявить ему войну. Сразу после этого они капитулируют и снова входят в состав Норланда. Но в этот момент журналист уже у короля.

Чупакамака: Интересно. А разве король и разные чиновники и так не дают интервью прессе? (задумывается) Кстати, не могли бы вы сказать, как связаться с сенаторами, с лидерами фракций?

Церемониймейстер: Его величество Тибериус Третий Мягкий действительно даёт им интервью, но только по необходимости, когда у него нет выбора. Он люто не любит это дело — лучше будет, если он сам вам объяснит, почему.

Церемониймейстер: У обеих фракций есть свои официальные отделения — они на той же площади, что и наше здание. Там они читают лекции о своей идеологии, принимают новых членов, переписывают листовки… Их лидеры наверняка там. И даже если их там не будет, то там будут знать, где их найти.

Нэрнир: А что с офисом юнионистов?

Церемониймейстер: А что с ним?

Нэрнир: Закрыт на ремонт. Как тогда найти юнионистов? Хм…

Церемониймейстер: Отремонтируется и откроется… Небось его опять камнями забросали хулиганы. Идею стать вассалом эльфов не все любят. (смотрит на Нэрнира) Без обид.


Нэрнир: Хорошо, что король нас примет вечером. А как добраться до его загородной резиденции? И в каком она районе?

Церемониймейстер: Загородная резиденция его величества, как следует из названия, находится за городом, рядом с Административным районом, в получасе ходьбы отсюда. Письмо, которое вы получите моей совой, будет содержать подробные инструкции «как туда добраться».

Чупакамака: (Церемониймейстеру) Спасибо. (Нэрниру) Ну, что, пойдём заглянем в офисы парламентских фракций?

Нэрнир: Я сейчас за Рудольфом.

Нэрнир идёт к Рудольфу.

Чупакамака: Хм… (Церемониймейстеру) Всего доброго! (идёт на площадь)


Рудольф и собирающие макулатуру[править]

Рудольф едет на коляске по району и осматривается вокруг.

В одном из заброшенных домов, в окнах которых отсутствуют стёкла и в которых не горит свет, кто-то роется. Рудольф заметил, как из окна выбросили какую-то книгу. Двое мальчишек 7-8 лет, дежурящих на улице, ловят эту книгу и кладут её в маленькую тележку, которую тащат за собой.

Рудольф: (усмехается) С моего детства вообще ничего не поменялось…

Со зрением 8 Рудольф замечает заголовок книги: «Как правильно:Зомбировать и подчинять свежепризванных демонов-новобранцев».

Рудольф: «Как правильно»? Опять, небось, кто-то наколол людей на деньги и продал бесполезный набор советов.

Приглушённый голос из окна — дежурящим внизу детям: Бинго! Тут целая куча злой макулатуры!

Рудольф: (вздыхает) Да уж, такие заголовки кого хочешь заинтересуют.

Рудольф направляет коляску в сторону дома и крутит колеса.

Заметив приближающегося взрослого, дежурящие на улице дети достают из карманов фишки с рисунками и делают вид, что меняются ими, а не сторожат у здания.

Рудольф: (строго) Что, рисунками своими обмениваетесь?

Мальчик на страже: Да, дядя. Фишки с изображениями черепашек, челогекко-пауков, двухэтажного голубя…

Рудольф: Фишки, значит. Помню, у богатых такие были, но со спортсменами. А у нас, детей из таборов, были копыта, яйца и пальцы. Грустные были времена.

Третий мальчуган: (выглядывает из окна и показывает какую-то книгу) (радостно) Смотрите, что я нашёл! «Как научить вурдалака пить кровь (пособие для начинающих некромантов)». За эту книгу нам наверняка дадут много… (замечает Рудольфа) Ой.

Мальчик на страже: (запоздало) Шшш…

Рудольф: Что у вас есть для потрепанного жизнью авантюриста?

Мальчик на страже: (очень виновато) Не подумайте, мы ничего плохого не делаем… Мы просто собираем макулатуру, которая никому не нужна, и сдаём её куда надо…

Третий мальчик выбирается из окна с книгой про вурдалаков, красный как свекла, что его поймали.

Рудольф: Мне все равно, куда вы ее сдаете. В любом случае, без нее я никогда не научился бы основам магии. А теперь повторю вопрос: что у вас есть?

Мальчик на страже: Книги о поднятии трупов, о превращении трупов, об усилении трупов, а становлении личом, о призыве демонов, о создании катаклизмов… Всё, что ищет инквизиция. В этих заброшенных домах полно такого добра… то есть зла.

Второй мальчик на страже — первому: (шёпотом) Он же инвалид, мы можем просто убежать, и он не сможет нас догнать.

Несмотря на слух 5, Рудольф слышит этот шёпот, потому что шепчущий стоит очень близко.

Рудольф: Инквизиция, значит… (пугающе) Моя сестра тоже таким баловалась: ходила по кладбищам, поджигала дома, людей, животных, призывала демонов для веселья с заложниками… Теперь она в тюрьме, со сломанным рассудком, в ожидании смертной казни…

Мальчик на страже: Поэтому мы и хотим стать инквизиторами! Мы ищем эти книги и сдаём их на сожжение. У меня уже три грамоты от инквизиторов, а когда я стану большим, то они возьмут меня на работу, и я тоже буду казнить злодеев!

Подходит Нэрнир.

Второй мальчик на страже: (пнул первого) Следи за языком! Ты только что сказал, что хочешь казнить сестру этого дяди.

Мальчик на страже: Ой…

Рудольф ухмыляется, а в его глазах, частично закрытых панамкой, пылает огонь.

Нэрнир: Чем занимаетесь ребята? Наш друг вам не мешает? Вы я понимаю, хотите стать палачами или инквизиторами?

Мальчик с книгой: (потупив глаза) Мы просто собираем макулатуру и сдаём её в офис инквизиции… (показывает Нэрниру книгу «Как научить вурдалака пить кровь (пособие для начинающих некромантов)»)

Нэрнир: Очень благородно, избавляться от нечестивой литературы.

Мальчик с книгой: Да! Нам дают немного карманных денег, грамоты и говорят маме, какие мы молодцы. И разрешают посмотреть, как красиво горят книги. А иногда даже разрешают помочь кидать книги в костёр.

Нэрнир — Рудольфу: Мы сейчас пойдём в офисы фракций. Ты пойдёшь с нами? М?

Рудольф: (шёпотом, дергая Нэрнира за рукав) Слушай. Не хочешь помочь детям? Это, конечно, похвально, когда подозрительные вещи отдают инквизиции, но, что если дети попадут в западню, и их книги попадут в не те руки? Задумайся.

Нэрнир (шёпотом): Нам писали, что люди здесь сдают книги инквизиторам. Про не те руки… Если хочешь, посмотри за ними, мы пока сходим по делам. А я пока полетел. Если что-то произойдёт — кричи и дай сигнал.

Рудольф: (шёпотом) Они беспризорники. Какое еще «сдают»?

Нэрнир (шёпотом): А что ты предлагаешь делать?

Рудольф: (шёпотом) Конфисковать добро. И отдать их куда надо.

Нэрнир (шёпотом): И что делать? Пристыдить? А если они собирались отнести инквизиторам эти книги, как бутылки носят на переработку?

Рудольф: (шёпотом) Какой ты наивный…

Нэрнир (шёпотом): Я думаю наперёд, чтобы не пришлось если что перед ними краснеть за ошибку.

Рудольф — детям: (улыбается) Ну, бывайте, детишки, а нам пора. Надеюсь, что таким образом вы принесете нашему обществу пользу. (салютует)

Нэрнир превращается в ворона.

Мальчик на страже — Рудольфу: Спасибо, дядя.

Мальчик с книгой — другим двум: (шёпотом) Ну, я полез за следующей книгой?

Нэрнир: Ну, я полетел.

Нэрнир летит за Чупакамакой.

Кюри бежит за Нэрниром-вороном по земле.

Рудольф: (цокает) Не, ну ты точно совершенновесенний…

Раздраженный Рудольф едет на коляске к Нэрниру и Чупакамаке.

Интервью с министром просвещения[править]

Подходит Нэрнир.

Мальчик: Будет ли представлена в школьной программе теория креационизма, то есть создания людей Богом Света и другими богами?

Чиновник: В основной учебной программе — нет. Но частные школы имеют право преподавать эту теорию на факультативной основе.

Мальчик: Не опасаетесь ли вы, что эта позиция прогневает богов или сделает учеников менее духовными?

Чиновник: Я как министр образования не вижу проблемы. Вопросами духовности должны заниматься жрецы, а не светские учителя.

Нэрнир: Что происходит тут?

Мальчик: Меня зовут Томми Ган, я журналист «Детских газет». Мои читатели интересуются, будут ли на уроках биологии и истории рассказывать про богов. Беру интервью у министра образования.

Рудольф: Тогда спроси, будет ли изучаться биология потомков богов. Вроде как, у них особый генетический код, они имеют сопротивляемость к различной магии… А еще у них есть голубиное воззрение — или как это брат называл?…

Мальчик: Мне нужно уточнить у взрослых, богохульство это или нет.

Чупакамака подходит к образовавшейся толпе

Нэрнир: И что с того, что будут рассказывать про богов?

Мальчик: Среди родителей и школьников есть раскол по этому вопросу. Сейчас про богов не учат вовсе, и некоторые родители и школьники считают это бездуховным. Но многие родители против таких уроков. Они считают, что если рассказывать об исцелении богами, то мы не будем хорошо учиться. Зачем становиться врачом, если Бог Света поможет?

Нэрнир: Интересно… А в городе есть храмы? Хм…

Министр образования: В Норланде нет никаких храмов.

Министр образования: Не поймите нас неправильно, в существовании богов нет никаких сомнений. Результаты их чудес подтверждены наукой. Но они не очень нам нужны. Когда мы заболеваем, мы обращаемся не к жрецу, а к врачу.

Министр образования: Мы решаем практические проблемы развитием инженерного дела, медицины и других наук, а не походом в храмы.

Рудольф — министру: (саркастично) У нас, когда люди заболевали — к гробовщику обращались.

Нэрнир: Хм… А вообще все довольны системой образования в целом? Что с учебниками?

Министр образования: Все школьники Норланда обеспечены бесплатными учебникам.

Мальчик-журналист: Но факультативные учебники, в том числе рассказывающие о богах, приходится покупать за деньги.

Министр образования: В Норланде существует более ста факультативных программ, и количество необязательных учебников, которые для них понадобятся, неизвестно государству.

Чупакамака: Записывайте, Томми! Раз уж мы помешали вашему интервью, используйте это для своих статей. (подмигивает мальчику)

Томми пишет.

Рудольф: Вы работаете с Ассоциацией магии? Если да, то что думаете о решении администрации о создании сети учебных заведений, которые будут преподавать магические науки по единой системе?

Министр образования: Я очень одобряю это решение. Их учебные заведения, если они появятся на территории Норланда, непременно получат субсидии от государства.

Рудольф: Я вспомню о ваших словах, когда буду претендовать на место преподавателя в учебном заведении при Ассоциации.

Чупакамака: Будете ли вы привлекать для изучения магии учителей из-за границы? А из каких стран? Или будете посылать молодых людей учиться магии за границу, а потом они будут преподавать в школах? А высшие магические заведения открывать планируете?

Министр образования: Мы автоматически даём гражданство очень умным людям из-за рубежа (а эльфам и челогекко — вид на жительство), если они собираются преподавать в наших учебных заведениях либо создавать новые. Кроме того, мы помогаем им с покупкой первого жилья и в меру возможностей защищаем их от инквизиции, которая любит терзать учебные заведения в Аларконде по соображениям паранойи.

Министр образования: Мы не отправляем наших граждан за рубеж в массовом порядке, но если наш учёный запросит грант на то, чтобы чему-то научиться за границей и потом вернуться, то такой грант будет выдан в 80 % случаев.

Нэрнир: А какие преподают основные языки в школах?

Министр образования: Эльфийский, гномский, староэльфийский, гоблинский, североварварский. Язык челогекко здесь не преподают по историческим соображениям (они долгое время были недружественным Норланду народом, и виноваты в появлении баронств).

Чупакамака хмыкает

Нэрнир: Много сюда приезжают учиться из-за границы?

Министр образования: Да, как из Гусляндии (с образованием в которой очень плохо, не считая обучения в монастыре), так и из земель челогекко на северо-востоке, так и от гномов Шоколадных гор. Также здесь учатся дети богатых жителей баронств.

Чупакамака: Рассказываете ли вы о богах в рамках курса биологии? Как о части истории живого мира?

Чупакамака: А в рамках курса истории разумных рас? Или история таких древних веков не изучена?

Министр образования: Стандартная школьная программа не рассказывает о богах ни на уроках истории, ни на уроках биологии.

Нэрнир: А это правда, что у вас учится дочь одного из баронов?

Министр образования: Да, леди Эления. Она учится в Королевской Академии Художеств. По уровню успеваемости она вторая среди студентов своего года. Её тяжело вооружённые телохранители немного раздражают учителей и родителей других студентов, но каких-либо инцидентов с ними не было.

Нэрнир: А кто первый?

Министр образования: Местный мальчик из простой семьи, очень талантливый художник. Когда он был в третьем классе, он изобрёл новый жанр искусства — рисование четырёхмерных картин (с длиной, шириной, высотой и временем) на поверхности прозрачных стеклянных скульптур.

Чупакамака: Ух, ты… А где можно увидеть его работы?

Министр образования: У его родителей есть странный обычай — они забирают все его прекрасные работы и прячут их у себя дома, не отправляя их на выставки, покуда он не станет взрослым. Юридически имеют право… (вздохнул) В книгах об искусстве есть двумерные репродукции. Единственная неспрятанная ими оригинальная скульптура — это та, которую изъяла инквизиция (когда думала, что его талант вызван сделкой со сверхъестественными существами). Сейчас она выставлена в офисе инквизиции в Норланде, к северу от города. (вздохнул) Дремучая инквизиция…

Чупакамака: Многому мешает?

Министр образования: У нас в Норланде нет чёрных магов и так далее, и скучающая без работы инквизиция развлекает себя, как может. Проверяет научные открытия на чёрную магию, жжёт книги «на всякий случай». Юридически мы не можем им это запретить — полномочия инквизиции гарантированы международными договорами. Но мы можем с ними умышленно не сотрудничать. Затягивать предоставление документов, которые они запрашивают. Прятать от них учёных. Сохранять копии изъятых книг в секретных секциях библиотек. И так далее.

Чупакамака: Понятно… (Томми) Про инквизицию, наверное, лучше не писать.

Мальчик-журналист: Тут уж как редакция решит…

Нэрнир — Чупакамаке: Звать воронов?

Чупакамака: Давай не будем больше мешать Томми. Пойдём погуляем и там по дороге позовём

Нэрнир: Да, давай на площадь.

Чупакамака: Спасибо за интересную беседу! Хорошего дня!

Министр образования кивает и возвращается к беседе с Томми.

Герои возвращаются на площадь.


Прошлая глава ←————→ Следующая глава