Портал:Ролевая игра/Игра 1/Глава 46

Материал из Абсурдопедии
Перейти к:навигация, поиск

Глава 46[править]

Глава 46, в которой герои заглядывают в офис юнионистов.

Локация: Административный район, столица Норланда (день)[править]

Герои возвращаются из офиса империалистов.

Нэрнир: У них очень интересная политика. То есть они хотят увеличить армию, но однако согласны на мирное решение, что здраво. Конечно, судить пока рано, так как мы не видели юнионистов, но мысли у них довольно патриотичные и логичные. Хотя немного амбициозны их планы по присоединению всех баронств. Офицер видимо тоже империалист.

Чупакамака: Мирный план состоит в том, что бароны соглашаются потерять баронство, а это маловероятно. Армию, как я поняла, они уже увеличивают. Вот интересно, насколько правдивы слухи о том, что злые бароны мечтают завоевать Норланд? Может быть, это страшилка для Норланда, которую придумали империалисты, чтобы мотивировать народ идти в армию, а правительство — нанести упреждающий удар? Есть о чём подумать…

Чупакамака: Кстати, нас можно поздравить: генерал — сам! — предложил союз Гусляндии и Норланда! Как он сказал: наша армия, ваши пайки? Но это, что и мы предлагали. Теперь осталось, чтобы юнионисты сами предложили союз Ильменя и Норланда. А затем будем уговаривать правительство сделать тройной альянс. Даже четверной, если позвать ещё и гномов. По большому счёту, мирный путь — это если и бароны в альянс войдут, хотя это не понравится империалистам. Людям из баронств было бы лучше, если бы баронства прекратили существование и стали частью Норланда, уж очень тяжёлая у них жизнь сейчас.

Нэрнир: Ещё можно и челогекко попробовать привлечь. Но надо убедить ещё в союзе с Гусляндией и юнионистов. Баронства выгодно было бы присоединить и для их жителей и для Норланда, но однако тут тоже вопрос трудный, как поступить без кровопролития.

Чупакамака: Да уж… (думает) Но вообще, я, как и ты, задаюсь вопросом: а с чего мы взяли, что бароны хотят напасть? Мы это слышали от империалистов Норланда, а ещё от короля Пунтарха, который тоже слышал это от норландцев. Очень выгодный слух, если хочешь захватить соседние области: скажешь, что они хотят захватить тебя, и наносишь «превентивный удар». А с другой стороны, жизнь в баронствах невесёлая, недаром тот парень из баронства Рюрика в норландские империалисты записался. (думает)

Чупакамака: Гномы, челогекко… Когда-нибудь все объединятся. А пока давай подумаем о насущном: о союзе Норланда и Гусляндии. А Ильмень… давайте-ка поищем юнионистов, спросим, что они предлагают Ильменю, что Ильмень предлагает Норланду…

Нэрнир: Нам про то, что Норланд предлагает Ильменю, а Ильмень Норланда часть сказали. Норланд рыцарей в аренду и товары с мануфактур. Эльфы предлагают книги, лесных зверей, магические штуки, пайки из травы. Но мы можем добиться большего в Ильмене в плане предложений от него. Но да, юнионисты должны что-то предлагать ему.

Чупакамака: Часть сказали, часть не сказали… Давайте поищем юнионистов. Может, уборщики знают, где они сейчас.

Нэрнир: Можно для начала найти хотя бы их лидера — Линду Вайс, а потом остальных.

Чупакамака: Для начала… нам очень повезёт, если мы её найдём.

К дверям двухэтажного офиса юнионистов подошла высокая женщина в длинном чёрном платье. На голове у неё эльфийская тиара — ювелирное украшение из трёх переплетённых между собой нитей серебряной проволоки, которое надевается на лоб (такие тиары значительно дешевле человеческих корон, в эльфийских землях их носит не только знать, но и простые эльфы и эльфийки). Женщина перевернула табличку «Закрыто на ремонт» (с другой стороны написано «Добро пожаловаться»), открыла дверь ключом и беспрепятственно прошла в офис.

Чупакамака: Смотри-ка, у них открылось! Пойдём?

Нэрнир: Да, пойдём.

Переступив через лужу кетчупа у входа, герои заходят в офис юнионистов.

Локация: Офис юнионистов, Административный район, столица Норланда[править]

Офис юнионистов внутри — это двухэтажный пентхаус, посередине которого растёт двухэтажный энт (чтобы он поместился, в полу второго этажа проделана огромная дыра). На второй этаж можно подняться по красивой витой лестнице, которая доходит и до крыши. Пол второго этажа кое-где бетонный, кое-где стеклянный.

На первом этаже находится полка с бесплатной едой для гостей (о чём гласит плакат на стене, разрисованный цветочками и написанный как курица лапой) — бутеброды с промышленно изготовленной колбасой, бутерброды с рыбой, маринованные помидоры, маринованные жуки, эльфийские сухпайки ассорти (со вкусом клевера, со вкусом лука, со вкусом репейника и со вкусом хищной травы, которая недавно поела мяса), хрустящие солёные крекеры, сыр из свежевыжатого молока пальм, газированный апельсиновый сок и маленькие шоколадки (20 грамм штука). Имеется кухня самообслуживания, на которой можно сварить чай или кофе или пожарить гренки. В камине вместо дров и огня установлена гномская машина неизвестного назначения, от которой не исходит тепла и которая ужасно дымит на вывешенную над ней рыбу.

Кроме того, на первом этаже есть диванчики и пуфики, на которых отдыхают местные жители (некоторые спят, некоторые читают газеты, некоторые играют в шахматы и покер). Все они являются людьми (челогекко среди них нет). Однако в углу первого этажа валяется та же самая челогекко-журналистка из «Жареных фактов», которую герои видели в Культурном переулке. В данный момент она не берёт ни у кого интервью, потому что её руки связаны за спиной, а во рту у неё кляп. Гуляющие рядом посетители не выглядят особо удивлёнными таким развитием событий.

Согласно вывескам, на первом этаже имеется бесплатный тир, в котором практикуются в стрельбе из эльфийского лука, бесплатная игровая комната для детей (с волейбольными мячиками, качелями и плюшевыми медведями) и платный барбершоп со стилистами, которые могут постричь посетителя под эльфа, а также специальной машинкой вытянуть в длину его уши.

Женщина в тиаре, которая открыла офис для посещения, находится на втором этаже. Она разговаривает с волонтёром-правоохранителем. Около окон (как на первом этаже, так и на втором) трудятся уборщики в спецодежде, собирающие в совочек осколки стекла и отмывающие пол от помидоров и яиц. У одного из них есть занткрон (магический конструкт, которого ранее призывала волшебница Молли).

На втором этаже хорошо одетый промышленник ведёт семинар по финансовой грамотности, его студенты — люди, гномы и челогекко.

Герои зашли на первый этаж офиса. Никто из отдыхающих не обратил на них особого внимания.

Нэрнир: Интересно тут конечно…

Нэрнир думает.

Чупакамака: Чем-то это мне напоминает деревню ламий. Они молодцы, что знакомят народ с эльфийской культурой через игры, потом заинтересовавшиеся послушают лекции о чём-то более серьёзном… (замечает журналистку) кхм… старая знакомая… а не влетит ли им за насилие над прессой?

Нэрнир: Если оставят её здесь не влетит. Шутка. Ладно, может к главе юнионистов, а потом остальное в офисе?

Нэрнир хихикает.

Чупакамака: Да, как только она освободится. А пока давай вон с ним побеседуем? (показывает на энта) Он свободен.

Чупакамака подходит к энту

Нэрнир тоже подходит к энту.

Энт[править]

Чупакамака: Здравствуйте! Вы здесь живёте? Вы тоже юнионист?

Энт: Хрум! Брум! (прокашливает свою древесину) Я не юнионист, а энт! Я сбежал сюда из Вест-Норланда, потому что меня хотели зарубить, и теперь я расту тут.

Чупакамака: Энт тоже может вступить в партию юнионистов. Ну, ладно, главное, хорошо, что вас не зарубили!

Нэрнир: И как вам стоится и растётся тут?

Энт: После того, как я себя сюда посадил, вокруг меня построили здание, и теперь я никуда не могу уйти — это, конечно, нехорошо…

Энт: То есть могу, конечно — полностью разрушив здание. А это невежливо.

Чупакамака: М… зачем же всё? Можно договориться, чтобы разобрали часть пола, а потом собрали опять, после того, как вы уйдёте…

Нэрнир: О, да, энт же пролезет в дверной проём.

Энт: Ладно дверной проём… Там пара несущих стен на пути… Если не поднять меня в воздух магией сквозь крышу, то никуда я отсюда не пойду.

Чупакамака: Можно вынести кроной вперёд.

Энт: Хорошая новость в том, что у меня пока не чешутся корни куда-то идти, а с разрушением дома люди могут справиться и самостоятельно. Кидают в него предметы снаружи.

Чупакамака: Ну, ладно. А какие здесь люди? Хорошие? Я не про тех, что камнями бросаются…

Энт: В этом здании собрались очень спокойные, расслабленные люди. Кроме главной, которая обычно добрая, но часто ходит в свой парламент и возвращается неизменно взбешенной.

Энт: Брали бы пример с энтов. У нас нет никакого парламента, и у нас всё хорошо, пока за нами не придут с топором.

Чупакамака: Эх, люди… Для того им и нужны парламенты, чтобы с топором ходить или чтобы заставить перестать других ходить с топором…

Чупакамака: А главная — это та, которая на втором этаже с теми людьми беседует?

Энт: Да. Предупреждаю, что она необычная. Очень философская и искренне убеждённая во многих странных вещах.

Энт: Хорошая идея с парламентом. Можно собрать парламент энтов (штук этак 1000 или 2000 голов), прийти в город людей и заставить их не ходить с топорами.

Чупакамака: Ну… для этого надо заключить энтско-человечий союз. Думаю, челогекко и эльфы поддержат энтов.

Энт: Согласен. Взамен на их поддержку мы дадим им всё, что у нас есть. В основном жёлуди.

Чупакамака смотрит, не освободилась ли глава юнионистов.

Волонтёр-правоохранитель отошёл от неё и осматривает разбитые окна на втором этаже.

Чупакамака: Спасибо за беседу. Нам пора идти. (Нэрниру) Пойдём к Линде Вайс?

Нэрнир: Да, давай, пойдём.

Линда Вайс[править]

Герои поднялись на второй этаж и подошли к главе фракции юнионистов.

Линда Вайс — Нэрниру: (вдохновлённо) Эльфийский гость, в нашем скромном доме… Это большая честь для всех нас. (в её голосе нет ни нотки сарказма)

Линда Вайс: (всем) Линда. Линда Вайс. (серьёзно) Я представляю всех нормальных людей Норланда и их стремление к покою и просветлению.


Чупакамака: Очень приятно. Я Чупакамака. Чупакамака Ифрах. А это Нэрнир, герцог Нэрнир Монгердорффер. Мы также пришли сюда в поисках мира и дружбы между всеми разумными расами.

Линда Вайс: (улыбнулась) Всеми… Да, между всеми (с акцентом) разумными (конец акцента) расами непременно будет мир и дружба.

Чупакамака: Как насчёт энтов, например?

Линда Вайс: (спокойно) Энты, они хорошие.

Нэрнир: Вы что-то имели ввиду выделяя слово разумные?

Линда Вайс: К сожалению, да.

Линда Вайс: Как вам, наверное, уже известно, мы, люди, не очень хороший народ. Несмотря на весь прогресс последних сотен лет (например, мы более не разрешаем торговые споры дуэлью на дубинках, трудовое рабство стало только добровольным, а жрецы более не сжигают волшебниц на кострах), нам всё ещё нужно приложить большие усилия, чтобы нас считали цивилизованными.

Нэрнир: В чём цель вашей фракции и какие вы прилагаете усилия для её исполнения?

Линда Вайс: Так получилось, что эльфы Ильменя прониклись симпатией к недостойным нам. Они готовы поделиться своей мудростью — безвозмездно и благотворительно. Очень важно не спугнуть их проявлениями варварства — междоусобных войн между людьми и так далее. Цель нашей фракции — следить за тем, чтобы этого не произошло.

Нэрнир: И какими мудростями они уже с вами поделились?

Линда Вайс: Своим языком, поэзией, этикетом, кулинарными рецептами, даже своей магией (пока что только такой, которая не может быть использована против них, но со временем они раскроют нам больше и больше своих секретов). То ли ещё будет! Я выросла среди эльфов. Они учили меня переносить вредное для природы подальше от дома, рисковать жизнью посторонних, а не своей, относиться с уважением к старшим (особенно тем, кому 250 лет и более) и так далее. Их воспитание, образование и наука гораздо лучше человеческих.

Нэрнир: Хотите, я поделюсь с вами ещё одной частичкой мудрости?

Линда Вайс: Это будет для меня большой ценностью.

Нэрнир: Бутерброд с колбасой нужно колбасой на язык класть — так вкуснее будет.

Линда Вайс: (воодушевлённо, без нотки сарказма) Спасибо!

Чупакамака: Линда, вы сказали, что цель вашей фракции — следить за тем, чтобы не было междоусобных войн между людьми. А как ваша фракция предлагает достичь этого?

Линда Вайс: Максимальной демилитаризацией. Нет армии — нет соблазна начать войну.

Нэрнир: А как вы относитесь к империалистам и их лидеру?

Линда Вайс: Ой, да они просто расисты. Они не любят эльфов, и только поэтому и придумали всю эту идею про централизованное государство и необходимость вернуть себе баронства…

Чупакамака: А вы не опасаетесь, что баронства могут напасть на Центральный Норланд? Они-то ого-го-го как вооружены, мы видели.

Линда Вайс: Допустим, они нападут. Ну и что?

Нэрнир: Ну захватят они Норланд, ну решат напасть на эльфов, ну испортят вам всю репутацию, всего то…

Линда Вайс: Эльфы достаточно мудры, чтобы не винить жертв внешней агрессии. Вот если бароны нападут после того, как бы спровоцируем их сбором своей собственной армии, то тогда частично виноваты будем и мы…

Чупакамака: Как вы будете защищаться?

Линда Вайс: Имеющимися ресурсами, если их хватит. У короля есть свои рыцари, на мой взгляд — больше, чем необходимо. Мы платим им зарплату, вот пусть и защищают нас.

Линда Вайс: И даже если рыцари проиграют войну… Знаете, это прозвучит непатриотично, но Норланд — это не территория, а живущие здесь люди. Какая разница, завоюют ли бароны эти земли или нет? Если что, то мы можем эмигрировать в Ильмень и продолжать спокойно жить там.

Чупакамака: В любом случае, если кто-либо из баронов нападёт — будет война. А это убийства, смерти… Можно ли допустить подобное?

Линда Вайс: Если нападём мы, то будет то же самое. Кто-то должен сделать первый шаг и не планировать безумия.

Чупакамака: А кто предлагает напасть? Мы предлагаем предотвратить войну вообще! Любую! Вопрос, как сделать, чтобы не было войны.

Линда Вайс: Вопрос глубоко теоретический, потому что войны нет и при нынешнем количестве рыцарей. И не было десятилетиями, и многими поколениями королей до Тибериуса включительно. «Избежание войны», «национальная безопасность» и так далее — это искусственные предлоги.

Чупакамака: А становились ли в эти годы бароны королями Гусляндии?

Линда Вайс: Нет. И Гусляндия на нас тоже никогда не нападала.

Чупакамака: Конечно, не нападала. Гусляндия — прекрасная, мирная страна, народ которой живёт в покое и благополучии. Но если королём Гусляндии станет барон…

Линда Вайс: Я никак не могу повлиять на то, кто станет королём Гусляндии. Не короновать злодея — обязанность жителей Гусляндии.

Чупакамака: Весь вопрос в том, справится ли Гусляндия с этой обязанностью. Если не справится, плохо будет не только Гусляндии, но и Норланду.

Чупакамака: Кстати, мы видели, как живут в баронстве Рюрика. С одной стороны, налаженная экономика, заботятся о бездомных, о сиротах. С другой — бедность, люди берут кредиты на самое необходимое, это загоняет людей в долговое рабство, они потом работают по 16 часов в день ради выплаты долга, а если они устанут или заболеют и не могут работать в полную силу, надсмотрщики их бьют. Образование только начальное. Хорошие профессии в руках у кланов, у них монополия. Чтобы получить образование или другую работу надо уехать, а для этого нужно получить выездную визу. Даже чтобы выехать в Центральный Норланд, виза нужна. Не дай боги, чтобы весь Норланд стал жить такой ужасной жизнью.

Линда Вайс: Это очень грустно, но, опять же, в случае такой угрозы мы просто уедем. Если кто-то живёт в плохих условиях, то он сам виноват, что не эмигрировал. Необходимость выездной визы и другие организационные сложности — это отговорка, ведь действительно желающие преодолевают их.

Чупакамака: Не у всех есть силы и ресурс на преодоление. Не нужно создавать трудности, которые надо преодолевать. Лучше обойтись без них. И эмигрировать вся страна не может. Кто примет столько народу? И, главное, что делать, если захватчики пойдут дальше? Например, вы эмигрируете в Ильмень, а захватчик пойдёт войной на него?

Чупакамака: Может быть, всё-таки, стоит подумать, что сделать, чтобы война вообще не началась?

Линда Вайс: Во-первых, вся страна эмигрировать очень даже может. У эльфов Ильменя есть небольшой кусочек леса, который они готовы сдать в долгосрочную аренду своим друзьям, то есть нам. Они не дадут нас в обиду.

Линда Вайс: Во-вторых, если бароны за нами погонятся, то маги чего-нибудь придумают. Например, призовут огромного демона с огненным мечом, который покромсает погоню и оставленные дома и мануфактуры. Инквизиция не одобрит, но это проблема магов, а не наша, не так ли?

Линда Вайс: В-третьих, никакой барон, орк или кто-либо ещё не посмеет напасть на Ильмень. Эльфы значительно лучше нас во всём, включая стратегию и тактику.

Линда Вайс: Не надо готовиться к войнам на пустом месте, и никаких войн не будет.

Чупакамака: Готовиться можно по-разному! Можно собирать армию, как империалисты. А можно заключить договор о дружбе. Можно заключить союз с другим государством. Разные есть пути. Как вы относитесь к союзу — с Ильменем, с Гусляндией, с баронствами? Если заключить союз, это поможет наладить мирные отношения и предотвратить войны?

Нэрнир: А что если бы Норланд имел союз и с Ильмене и с своей соседкой Гусляндией?

Линда Вайс: Мы давно работаем над тем, чтобы убедить эльфов Ильменя в возможности нам доверять. Это непростой путь, но рано или поздно мы к этому придём.

Линда Вайс: Юридически оформленные договора с другими государствами людей, особенно находящимися в состоянии нищеты (как баронства) и нестабильности (как Гусляндия), могут привести к тому, что на нас возложат ответственность за их плохие поступки. Например, нам было очень непросто объяснить эльфам саму необходимость охранять караваны, когда те проходят через баронства.

Чупакамака: Охрану караванов баронства и Норланд должны взять на себя! Нечего это на эльфов перекладывать. А Гусляндия…

Линда Вайс: Караваны охраняем мы (а точнее, наши рыцари — рыцари короля Тибериуса), а не эльфы. От отдельных криминальных элементов, обитающих в баронствах. Нам было неудобно рассказывать эльфам, что при проезде через баронство нужно иметь провожатого для безопасности.

Нэрнир: В случае с той же Гусляндией можно помогать друг другу.

Чупакамака: Гусляндия может поставлять еду, в Гусляндии стада ничейных овец, прекрасные фрукты. Она может накормить бедняков в баронствах и помочь продовольствием Норланду. Кстати, к эльфам и челогекко в Гусляндии прекрасно относятся, там мы не видели расизма…

Линда Вайс: Во-первых, у нас всё хорошо с продовольствием. Изготовленная на фабриках еда ничем не хуже натуральной.

Линда Вайс: Во-вторых, нам достаточно сложно убедить эльфов доверять нам одним. Каждое дополнительное государство людей, добавленное в наши переговоры, продлит переговоры на десятилетия.

Линда Вайс: В-третьих, Гусляндия не может давать долгосрочных обещаний или заключать серьёзные договора, пока не станет ясно, кто станет её следующим правителем. Конечно же барон-король не будет выполнять подписанное нынешним королём Гусляндии.

Чупакамака: Я понимаю, что, хотя со стороны это представляется очень эгоистичным, что вас волнует прежде всего судьба вашей страны, и это естественно. Но так устроен мир, что все мы связаны друг с другом. То, что происходит у соседей, непременно отразится на Норланде. Придёт к власти злодей — может напасть на Норланд, принести беды и смерти.

Нэрнир: Солидарен со своей коллегой.

Чупакамака: Вот поэтому международные договоры так важны. Если Гусляндия накормит бедняков в баронствах, у народа в баронствах будет меньше мотивов нападать на Норланд. Если будет союз с Гусляндией, следующем королю Гусляндии будет труднее объяснить народу, зачем он хочет разрушить этот союз и напасть на Норланд. Особенно, если Норланд тоже чем-то поможет ей, например, охраной караванов.

Чупакамака: А Ильмень… может быть, если эльфы Ильменя увидят, что Норланд способен жить в мире с соседями, они ускорят решение о союзе?

Линда Вайс: Я не понимаю ваших приоритетов. Бедняки не нападают на другие государства. Они выращивают пшеницу, чтобы хоть как-то себя прокормить. На другие государства нападают богатые, у которых остаётся достаточно рабочих рук на солдат и денег на оружие. Кормление жителей баронств сделает баронства сильнее и увереннее в себе, и поэтому прямо противоречит нашим интересам.

Линда Вайс: Жители Гусляндии — необразованные деревенщины, король которых может делать с ними всё, что захочет, и они никогда не выйдут протестовать. Новый король будет вынужден перед ними объясняться? За разорванный дипломатический пакт с зарубежным государством? Не думаю. 80 % гусляндцев никогда даже не были за границей, и заграница для них — теоретическое понятие из книг.

Линда Вайс: Нет, Гусляндия нам не нужна, и если она будет снабжать баронства, то мы введём против неё экономические санкции. С ней разорвут торговые договора её заокеанские партнёры — если, конечно, они хотят продолжать иметь дело с нами.

Линда Вайс: Насчёт подготовки к нападению извне. Мы не можем перестраивать свою жизнь к худшему, потому что что-то плохое теоретически может произойти (а может и не произойти) в будущем из-за деятельности злодеев, которые могут стать (или могут не стать) королями другого государства, на которых у нас нет никаких рычагов влияния, кроме насилия.

Чупакамака: Ну, хорошо. А как вы собираетесь предотвратить войну? Вы против увеличения армии. Но и против союза с другими странами? Тогда как же добиться мира?

Линда Вайс: Я уверена, что никакой войны не будет. Когда будет, тогда и приходите. Запугивать людей на пустом месте не надо.


Нэрнир: Как вы относитесь к фракциям Ильменя? К ЭГИЛ (запрещённый везде и т. д.)? Как долго вы там жили?

Линда Вайс: Я жила в Ильмене с рождения до 25 лет, а потом приехала сюда, потому что заинтересовалась журналистикой и захотела публиковать в газетах колонки об эльфах.

Линда Вайс: И внутренние перфекционисты, и индустриалисты — очень здравые и мудрые фракции, которые хорошо к нам относятся. Конечно же, первые сперва скептичны к людям, и мне нужно было преодолевать многие предрассудки, чтобы подружиться с кем-то из них. Но если ты следуешь их указаниям и относишься к ним уважительно, но они допустят тебя в своё общество.

Линда Вайс: Индустриалисты очень прогрессивные и расслабленные эльфы. Они похожи на моих сторонников в Норланде. С ними очень легко найти общий язык.

Линда Вайс: Сторонники ЭГИЛ… Знаете, хоть они не любят людей, но с ними тоже можно сосуществовать. В их идеологии есть такая идея о вторичном народе — они допускают, что некоторым неэльфам можно разрешить жить в ЭГИЛ, поскольку многие эльфы не хотят работать на непрестижных работах, и кто-то должен их делать. И люди — с их точки зрения, самый логичный выбор на роль такого вторичного народа.

Нэрнир: Я, как эльф, считаю, что союз Гусляндии, Норланда и Ильменя был бы хорошим и здравым решением. Сейчас вы знаете меньше чем вы можете себе представить. Не стоит недооценивать баронов и орков.

Линда Вайс — Нэрниру: Не сочтите это неуважением, но… сколько вам лет?

Нэрнир: У эльфов невежливо спрашивать возраст!

Линда Вайс: Это само по себе отвечает на мой вопрос.

Нэрнир: Вот и отлично. В любом случае, вы не можете чисто логически полностью надеятся на эльфийскую помощь на данный момент. А бароны могут в любой момент на вас напасть. Особенно, если в их руках будет Гусляндии, которая не будет иметь союза и мирного договора хотя бы на две сотни лет.

Линда Вайс: Мои друзья в Ильмене, включая многих сенаторов и не включая молодых и неопытных путешественников, считают иначе.

Чупакамака: А что думают в Ильмене?

Линда Вайс: Им нравятся наши торговые договорённости и то, что мы даём им в аренду рыцарей (когда те в кои-то веки делают хоть что-то полезное, охотясь на гигантских пауков вблизи лесов Ильменя и так далее, а не бряцают оружием на наших улицах). Они уверили меня в том, что не дадут наших людей в обиду. Иными словами, эльфы Ильменя воспринимают нас как ценный ресурс и будут защищать наших жителей, но не будут ввязываться во внутренние дела других государств, включая Гусляндию.

Чупакамака: Защищать от кого? От чего?

Линда Вайс: От чего бы то ни было. Включая природные катаклизмы, нашествие демонов, недружественные государства, дефицит травы и так далее. Если вы пытаетесь выжать из меня панику «А-а-а, на нас все нападут», то не дождётесь. (топнула ножкой)

Чупакамака: Даже не думала об этом. (хлопнула хвостом)

Элронд: (на зверином) Все шумят, чем я хуже. (похлопал крылом)

Чупакамака: А почему ваша фракция называется «юнионистами»? Вы хотите создать унию с Ильменем?

Линда Вайс: Не унию в монархическом смысле этого слова. Мы бы хотели быть частью Ильменя. Раньше (ещё до того, как я её возглавила) наша фракция называлась объединисты, но журналисты нас дразнили, и мы сделали название более иностранным для солидности.

Нэрнир: Вы мыслите узко и не думаете объективно.

Линда Вайс: (уверенно) Я мыслю об интересах жителей Норланда, а не об интересах варварских государств по соседству. Все экономические успехи Норланда — это результат мудрой политики моей фракции.

Нэрнир: Не все жители Норланда в этом заинтересованы.

Линда Вайс: Я представляю мнение нормальных жителей, а не кучки экстремистов.

Чупакамака: А кстати, многие ли в Норланде поддерживают вашу фракцию? А в Ильмене?

Линда Вайс: Большинство ремесленников, образованных людей, квалифицированных рабочих, многие чиновники. К сожалению, (с акцентом) некоторые (конец акцента) хотят войны… В сегодняшних газетах очень много пропаганды ксенофобии. Вы читали, что в сегодняшних «Жареных фактах» было про гномов? «Гномы обещают, что не планируют убивать нас своими тележками чаще чем в 1 % поездок».

Линда Вайс: Внутренним перфекционистам Ильменя нравится то, что я делаю, но, как я уже сказала, это сложная работа.

Чупакамака: Ксенофобия отвратительна! А с пропагандой войны нужно бороться! Как и с распространением ксенофобии. Вопрос, как бороться…

Линда Вайс: Когда я работала журналисткой Мнений, я пыталась убедить людей в необходимости дружбы с эльфами тем, что писала про них хвалебные статьи и репортажи об их успехах. В какой-то момент времени редакции это надоело, и меня уволили. (строго) Если достать людей агитацией за союзы, то это может иметь обратный эффект.

Чупакамака: Может… А ваша фракция имеет свой орган печати? Может быть, стоит завести такой?

Линда Вайс: Мы не издаём полноценной газеты, но регулярно клеим листовки и периодически даём интервью. У меня есть знакомые, которые ещё работают журналистами — это позволяет убедиться, что мои слова не переврут.


Чупакамака: А что ваша фракция сделала для развития экономики Норланда?

Линда Вайс: Представители моей фракции и заключили все те выгодные торговые договора с эльфами. Это позволило нам производить гораздо больше товаров, чем нужно нам самим. Кроме того, импорт продовольствия из Ильменя позволил нам ликвидировать большую часть своих полей и употребить их с большей пользой. Вот эти маленькие домики в пригородах — они не только для проживания и комфорта. Во многих живут частные ремесленники, которые шьют, плетут, куют, плавят, выпекают и так далее. Мы настояли на принятии многих бюджетов с повышенными инвестициями в производство, инфраструктуру, медицину и так далее и пониженными статьями расходов на вооружение и так далее.

Чупакамака: Вы говорите: «уния не в монархическом смысле»,— а в каком? Частью Ильменя — вы хотите войти в состав государства Ильмень? То есть стать эксклавом? Или что-то другое? Как это будет выглядеть?

Линда Вайс: Мы хотим юридически стать частью эльфийского государства и считаться его полноправными гражданами, а также пользоваться всеми ресурсами Ильменя, которые есть у эльфов, без регулярных переговоров по каждой мелкой договорённости. Эльфам нужна некоторая территория на равнинах (за границами их чистейших лесов), чтобы размещать там промышленность и так далее. Им неважно, где это будет размещено — на нынешней ли территории Норланда или в любой другой локации рядом с их лесом. Но сами они жить на равнинах не хотят. Таким образом, они тоже заинтересованы в наличии у них области, населённой людьми. Единственной сложностью является необходимость добиться их доверия.

Нэрнир: Но вы же можете с ними сотрудничать не становясь их частью и вассалом.

Линда Вайс: Мы и сотрудничаем.

Чупакамака: Но планируете войти в состав Ильменя? Чем это будет лучше для Норланда, чем союз двух стран?

Линда Вайс: Союз, договор об открытых границах, договор о торговле и так далее — по определению временные договорённости, и они могут прекратиться при смене местного руководства. Граждане Ильменя останутся его гражданами.

Нэрнир: Но договор и союз можно продлить на много лет вперёд.

Линда Вайс: … и нарушить через год.


Чупакамака: А что вы будете делать с тем, что в этом случае Норландская область станет эксклавом, частью государства, со всех сторон окружённой иностранными баронствами? И ещё непонятно, ведь баронства формально являются частью Норланда, хотя и с очень высокой долей независимости. Каков будет их статус после вхождения Центрального Норланда в состав Ильменя? Они превратятся в отдельные государства?

Линда Вайс: Несмотря на юридический статус баронств, де-факто они перестали быть частью Норланда очень-очень давно. Фактически это территории, которые добровольно платят нам дань (часть своих налогов) и добровольно обязуются держать границы открытыми для проезда наших граждан. Пропаганда барона Фридриха называет эту ситуацию «норландское иго». Но они не объявляют независимость исключительно по статусным соображениям: возглавлять четверть успешного государства считается серьёзным успехом, а король в маленьком и нищем государстве воспринимается как неудачник.

Линда Вайс: Этот статус-кво является неофициальным и может сохраниться независимо от того, какими будут отношения между Норландом и Ильменем.

Чупакамака: Может быть, король в маленьком и нищем государстве с чьей-то точки зрения и неудачник, зато он независим. И, в отличие от автономии, маленькое государство не должно платить дань большому в обмен на признание этой независимости. Это сделает государство богаче. И королю, и народу будет легче. Тем более наоду, ведь налоги ложатся на его плечи. Но и королю выгоднее, чтобы доходы оставались в его стране, а не уходили на сторону.

Линда Вайс: Это дело баронов. Если они объявят независимость, то никто не будет ничего делать по этому поводу.

Чупакамака: Может быть, стоит дать баронствам независимость уже сейчас, хотят они этого или нет? Тогда от них не будут поступать налоги, но и избавляться от «норландского ига» с помощью войны у них причин не будет. Наоборот, у них будет причина сидеть тихо и не конфликтовать с более сильным соседом.

Линда Вайс: Это будет бессмысленная внешнеполитическая провокация. Никто не заставляет их платить налоги и сейчас. Они делают это сами.

Чупакамака: (потрясённо) Зачем???

Линда Вайс: Архаичная традиция, соображения о статусе (о которых я сказала ранее) и консерватизм «как бы чего не вышло». Прадед платил, дед платил, отец платил…

Чупакамака: Король может отменить дань. Или хотя бы снизить её до минимума.

Линда Вайс: Он её вообще не требует. Они её сами шлют. Её получать и отправлять обратно, что ли? Зачем, чтобы они наняли больше войск на лишние деньги?


Чупакамака: А почему сделать баронства отдельными государствами — провокация? Они никаких выгод от автономии не имеют. Можно собрать баронов и объяснить им, как выгодно будет стать независимыми, да, наверное, они и сами это понимают. И Центральный Норланд тоже не будет больше связан с баронами, считаться с ними, отвечать за их выходки.

Линда Вайс: Провокация — это само обсуждение внешнеполитических вопросов, от которого. Нет. Никакой выгоды. Для Норланда. (яростно притопнула) Это невероятно тупо — нарушать статус-кво ради непонятно чего!

Линда Вайс: Все политики и у нас, и в соседних странах сразу начнут хвататься за голову «что всё это означает», «ослабел ли Норланд», «есть ли смысл воспользоваться ситуацией», у них сразу появятся какие-то глупые идеи… Это навредит всем, вообще всем!


Нэрнир: Одно из баронств в любом случае усилится за счёт Гусляндии. А потом они захватят Норланд и остальные баронства. Эльфы могут начать паниковать и атаковать и Норланд, и баронства, так как тогда могут его возглавить ЭГИЛ (запрещённой везде и т. д.) из-за панической ситуации связанной с людьми. И тогда им уже будет не до юнионистов. Если заключить союз с выгодными условиями и уговорим претендующего на престол барона, то тогда все будут жить в счастливых и выгодных условиях.

Линда Вайс: Вы эльф, и вы угрожаете напасть на Норланд? (её глаза залились кровью)

Нэрнир: Прежде всего, я Гусляндский посол, мыслящий здраво и видящий возможные исходы.

Линда Вайс: Вы… Так вы ещё и не из Ильменя… (кажется, она сейчас ударит Нэрнира)

Линда Вайс: Прислать сюда… чтобы действовать против наших интересов… Из Гусляндии… ЭЛЬФА! Какое потрясающее скотство!

Нэрнир: Де факто я ещё являюсь представителем ильменьской знати и могу выступать в сенате.

Нэрнир готовится в случае чего захватить её руку вьющимся плющом.

Чупакамака: БРЭК!!!

Чупакамака: Никто ни на кого не нападает. Говорить о возможной опасности не то же самое, что создавать её. Мы собираемся ПРЕДОТВРАТИТЬ все возможные войны. Это наша цель. И мы ищем пути для этого. Наша цель — МИР.

Линда Вайс: И тем не менее вы не оспариваете, что между баронствами и Норландом исторически всё было мирно, и признаёте, что основной угрозой Норланду сейчас является возможное нападение со стороны Гусляндии.

Линда Вайс: Почему бы вам не заняться наведением порядка в вашей собственной стране, а не глумиться над потенциальными жертвами глупости вашего короля?

Нэрнир: Мы говорим о нежелательном ДЛЯ ВСЕХ варианте, тем более нападать хотят бароны, чего не хотим мы. Наша цель, наладить МИР! МИР, понимаете, мы не желаем военных действий!

Линда Вайс: Тем не менее, необходимую военную мощь им собирался дать король Гусляндии, и вы предлагали кормить жителей баронств… Позвольте усомниться в ваших целях.


Чупакамака: Во-первых, нападение может быть не со стороны Гусляндии, а со стороны баронств! Во-вторых, мы не граждане Гусляндии. Мы — международные миротворцы, взявшие на себя задачу предотвращения международного конфликта. Король Пунтарх дал нам статус послов, поскольку очень не хочет войны и готов пойти на всё, чтобы её не случилось после его смерти.

Чупакамака: Пока что мы ищем пути для достижения мира. Мы ещё не предлагали, чтобы Гусляндия кормила баронства. Я задалась вопросом, что будет, если оказать им продовольственную помощь, что будет, если они станут независимыми. Если это не приведёт к миру, мы от этих путей откажемся и не будем их предлагать.

Чупакамака: Сейчас мы разговариваем со всеми, кому не нужна война. Мы предлагаем совместно подумать и найти решение, которое её предотвратит. Любое решение.

Линда Вайс: Факт заключается в том, что одно баронство никогда не нападёт на Норланд (у него не хватит ресурсов), и короля Гусляндии никто не заставляет отдавать престол барону. Он делает это потому, что он дурак. Это не позволяет вам оправдаться «Гусляндия тут ни при чём, это у барона плохие намерения» — Гусляндия становится добровольной соучастницей планов барона по воле её короля.

Линда Вайс: Насколько я вижу, единственным потенциальным виновником войны в нашем регионе является Гусляндия.

Чупакамака: Отдавать престол его заставляет ЗАКОН, согласно которому наследовать престол может только сын или дочь короля и его (её) супруг. Менять закон не даст инквизиция (которая, кстати, базируется у вас). Две его дочери замужем за баронами, а третья — пропала, и к тому же не хочет становиться королевой.

Чупакамака: Поэтому король Пунтарх и обеспокоен. Он не хочет войны, но надежды на младшую дочь не оправдались. Теперь надо искать пути не допустить нападения баронов. Если есть возможность передать престол не дочери и её мужу-барону, король на это согласится. Но есть ли такой путь? Найдите его, и мы немедленно оповестим Его Величество, а он согласится!

Линда Вайс: Взрослое усыновление — слышали о таком? Пусть усыновит короля Тибериуса и отдаст престол ему.

Чупакамака: (серьёзно) Хорошо. Мы сегодня обсудим с Его Величеством Тибериусом возможность его усыновления Его Величеством Пунтархом.

Полурослики хихикнули.

Чупакамака: Только… кхм… если их величества согласятся, и Тибериус унаследует престол Гусляндии, это фактически будет означать объединение Гусляндии и Норланда. Вас не смущает такая перспектива?

Линда Вайс: Это не навредит благополучию наших жителей. Наличие дополнительных территорий (при том же руководстве, что и раньше) не сделает переговоры с эльфами более сложными. Таким образом, юнионисты не против такого варианта.

Чупакамака: (серьёзно) Значит, будем прорабатывать и этот вариант. Обсудим сегодня же с их Величествами: с королём Тибериусом на приёме и, если он согласится, с королём Пунтархом письменно.

Линда Вайс: Вот и прекрасно.

Чупакамака: Да… прекрасно… если все стороны будут согласны. Мы действительно обсудим это предложение. Но, я думаю, нужно подумать над другими вариантами, на случай, если оно не будет принято.

Нэрнир: Подумайте об этом, это важно.

Линда Вайс: Да, подумайте об этом. О внешней политике, войнах, маразме королей и так далее. А я подумаю об экономике, культуре и других важных вещах.

Чупакамака: Ну, в любом случае, Линда, спасибо вам за беседу. И особенно за предложение по урегулированию ситуации. Полагаю, мы ещё увидимся.

Линда Вайс: (без энтузиазма) По-видимому, это неизбежно.

Чупакамака: А пока всего доброго вам!

Линда вздохнула и отошла в сторону, к разбитому окну.

Нэрнир: Ладно, пошли к остальным юнионистам.

Рядовые юнионисты[править]

Герои спустились на первый этаж, где отдыхают принадлежащие к фракции юнионистов и их гости.

Нэрнир подходит к одному из юнионистов.

Нэрнир: Добрый день. Как вам в юнионистах? Что вас побудило сюда вступить?

Первый юнионист: Идеология империалистов требует повышения размера армии, что потребует повышения налогов на бизнес. Мои родители ремесленники (у них есть дело по плетению корзин), и поэтому я не хочу повышения налогов.

Чупакамака: Как интересно. Во фракции империалистов мы встретили молодого человека, у родителей которого тоже бизнес по плетению корзин, и он так опасается нападения баронов, что решил поступить к империалистам, чтобы предотвратить это.

Первый юнионист: Это мой брат. Он параноик — думает, что бароны нападут. Но это необязательно произойдёт.

Чупакамака: Вот как… А что предлагает фракция юнионистов? Почему она выгодна владельцам малого бизнеса?

Первый юнионист: Она предлагает снижение налогов и замену большой регулярной армии (которую надо кормить даже тогда, когда никто не нападает) на частное ополчение, собираемое только по необходимости. Единоразовый сбор и оснащение такого ополчения король сможет оплатить и из текущей казны, а мы потом компенсируем это послевоенным налогом. Плюс этого подхода в том, что если войны не произойдёт, то платить не придётся вообще.

Чупакамака: А как вы относитесь к объединению с Ильменем?

Первый юнионист: Положительно, но необязательно. Мне вполне достаточно торговли с ними.

Нэрнир: А если бы бароны всё же напали?

Первый юнионист: С учётом нашего богатства и наличия контактов с зарубежными наёмниками — наши возможности по мобилизации станут для них большим сюрпризом.

Нэрнир: То есть вы хотите в случае чего мобилизоваться в другую страну?

Первый юнионист: Нет, мы хотим экстренно нанять солдат — когда и если они понадобятся. И не нанимать их, если не понадобятся, что скорее всего.

Нэрнир: И где же вы их наймёте?

Первый юнионист: Из местного населения, предложением конкурентоспособной заработной платы, превышающей оплату на гражданских должностях, а также дополнительных условий (включая страхование жизни и здоровья с крупными страховыми суммами).

Чупакамака: Но ведь на это нужны средства, где государство возьмёт их, если не за счёт налогов?

Первый юнионист: В норландской казне уйма лишних денег. На первичную мобилизацию хватит.

Чупакамака: А потом?

Первый юнионист: А потом мы компенсируем это послевоенным налогом (или когда деньги в казне закончатся), когда и если такой налог понадобится. Ещё раз — мы не против налога вообще. Мы против налога в ситуации, когда войны нет и не будет.

Чупакамака: Понимаю. А как вы относитесь к планам руководителя фракции Линды Вайс сделать Норланд частью Ильменя?

Первый юнионист: Не уверен, что эльфы с этим согласятся. Но причин быть против немного (если для простых ремесленников) — у эльфов такие же невысокие налоги для частников, как и у нас.

Нэрнир: А как вы относитесь к баронам и Гусляндии?

Первый юнионист: К баронам я никак не отношусь. С ними нет ни деловых, ни дипломатических отношений. Они как вечно пьяный сосед по лестничной клетке, с которым ты не здороваешься, когда проходишь мимо. В Гусляндии мне нравится её спокойная, размеренная жизнь. Она считается беспроблемной дружественной страной, но, опять же, особых деловых интересов с ней не связано. Мне не очень нужны волшебные животные.

Чупакамака: Ну, спасибо за информацию. Удачи.


На первом этаже отдыхают ещё четверо юнионистов.

Нэрнир подходит к следующему юнионисту.

Чупакамака тоже подходит

Нэрнир: Добрый день. Почему вы вступили именно в эту фракцию? Кто вы по профессии?

Второй юнионист: По профессии я конюх. А поддерживаю юнионистов я потому, что хочу получить ильменьское гражданство. Чтобы можно было ездить в их приятные прохладные леса жарким летом, не получая туристическую визу.

Чупакамака: Понятно. А как вы относитесь к Гусляндии? А к баронам?

Второй юнионист: В Гусляндии хорошее побережье, но с гостиницами не очень. Туда хорошо ездить дикарём. Баронства — это депрессивные регионы, какое к ним может быть отношение…

Чупакамака: Ну… вы не опасаетесь, что барон, который станет королём Гусляндии, нападёт на Норланд?

Второй юнионист: Может, и нападёт. Ещё одна причина как можно скорее спрятаться под крылышко к эльфам.

Нэрнир: А они вас защитят?

Второй юнионист: Сейчас — нет. Они пока ещё всего лишь торговые партнёры. В случае эльфоинтеграции — да: они защитят территорию, которую будут считать своей, и граждан, которых будут считать своими.

Чупакамака: Спасибо, хорошего дня вам!


Чупакамака подходит к третьему юнионисту.

Нэрнир тоже подходит.

Чупакамака: Добрый день! Почему вы решили вступить во фракцию юнионистов?

Третий юнионист: Я пацифист. Я опасаюсь, что если разрешить империалистам собирать большую регулярную армию, и шпионы баронов пронюхают о начале такого сбора, то бароны могут напасть от отчаяния (в надежде успеть, пока армия не стала слишком большой). Даже если не планировали нападать ранее. Да и сами империалисты могут создать инцидент. Главнокомандующим является король, но даже самый неважный офицер может отдать приказ своему отряду. И пойдёт-поедет.

Чупакамака: А в других случаях они не нападут? И какие вы видите пути предотвращения войны?

Третий юнионист: Нет оснований полагать, что они планируют какую-то агрессию. Это пропаганда империалистов.

Нэрнир: А если бароны нападут, то что вы собираетесь делать?

Третий юнионист: Разобью копилку и пожертвую на ополчение.

Чупакамака: А как вы относитесь к Гусляндии?

Третий юнионист: Хорошо, очень спокойная страна. Я даже думал туда переехать, пока у них не пропала принцесса.

Чупакамака: Всегда есть варианты. Например, найти принцессу, понравиться ей и переехать в качестве наследника гусляндского престола.

Третий юнионист: (грустно) Где ж её найдёшь…

Нэрнир: Хотя с такой принцессой быть в стране — ужас…

Чупакамака: (на зверином) Прекрати сейчас же! Мы — послы Гусляндии, ты забыл?

Нэрнир (на зверином): Всё равно она не вернётся.

Чупакамака: (на зверином) Лояльность

Чупакамака: А как бы вы отнеслись к альянсу нескольких стран: Ильменя, Норланда и Гусляндии?

Третий юнионист: К военным союзам я отношусь так же плохо, как и к самой войне.

Нэрнир: Но можно же и оказывать взаимную помощь и поддержку, например помогать друг другу в мирных делах и бескорыстно делиться знаниями и культурой.

Третий юнионист: Мы это и так делаем.

Нэрнир: Но если союз будет военным, то воевать с ним никто не будет хотеть из-за его силы, и войны с ним не будет.

Третий юнионист: Это уж как возглавляющая союз страна решит. Захочет напасть на гномов — нападёт.

Чупакамака: Для чего кому-либо нападать на гномов?

Третий юнионист: А на нас для чего? А на эльфов? А на Гусляндию? Находятся желающие.

Чупакамака: Ну, да… А какие вы видите пути для поддержания мира между странами?

Третий юнионист: Не провоцировать соседей и иметь сильную экономику.

Чупакамака: Понятно. Спасибо, хорошего дня.


Чупакамака и Нэрнир идут к следующему юнионисту

Чупакамака: Добрый день! Почему вы решили вступить во фракцию юнионистов?

Четвёртый юнионист: Мне не нравится, что империалисты хотят присоединить баронства. Это нищие области, и когда король Тибериус Мягкий по доброте своего сердца отменит в них бесчеловечные экономические практики (такие как долговую кабалу), то они станут глубоко убыточными. Нам придётся их кормить, платить им социальные пособия, вкладываться в образование невежд, перевоспитывать их бандитов, искать рабочие места для состоящих в их раздутой армии (которые не обучены никакому полезному делу)…

Чупакамака: Но ведь тогда баронства перестанут платить дань и станут богаче.

Четвёртый юнионист: Какая там дань… У них ручной сельскохозяйственный труд. Вспахивание лопатами и всё такое. Потому они и бедные.

Чупакамака: Да, но на развитие нужны средства.

Четвёртый юнионист: Они потратят эти средства не на развитие, а запихнут побольше еды в брюхо барона. Давать деньги тем, кто не умеет с ними обращаться — большая глупость.

Чупакамака: А как вы относитесь к идее предоставить баронствам независимость?

Четвёртый юнионист: Простите, а они не независимые сейчас? Ну то есть я понимаю, что они называются баронствами, и вы можете знать о происходящем только из книжек — но что навело вас на мысль, что мы там чем-то управляем? Это совершенно посторонние страны относительно нас.

Чупакамака: Ну, мы уже побывали в баронстве Рюрика. Видели и самого барона и как люди живут. Видели, как попадают в долговое рабство и как работают потом по 16 часов в день, а надсмотрщики их бьют. Но видели и налаженные социальные службы. Очень невеселая там жизнь. А мы еще и у Фридриха побывать планируем.

Четвёртый юнионист: Если вас не поработили у Рюрика, то вы, должно быть, его шпионы. Фридрих вывешивает таких на центральной площади.

Чупакамака: Мы — международные миротворцы и по совместительству послы Его Величества Пунтарха.

Четвёртый юнионист: А, ну тогда всё ясно. Король Пунтарх большой любитель усилять баронства без какой-то от этого выгоды для хороших людей.

Чупакамака: Норланд баронствами не управляет, но берёт с них дань. Без дани им будет легче, может быть, и народу будет чуть-чуть получше.

Четвёртый юнионист: Вы предлагаете нам отослать эти деньги обратно недружественному государству — в надежде на то, что этому государству станет легче? В каком месте на моём лице написано слово «Круглый идиот», что вы мне это всерьёз предложили?

Чупакамака: Я не предлагаю, а спрашиваю. И не отослать, а перестать брать в дальнейшем. Да, это будет плата за благополучие и мир. Сейчас у баронов много причин желать большего, например, кого-нибудь завоевать. В случае свободы от зависимости и дани причин будет меньше, да и народ взбунтуется, если его погонят от хорошей жизни на войну. А вот от плохой могут и пойти позавоёвывать соседей.

Четвёртый юнионист: Мы этот налог не «берём». Они его без спроса присылают. И что это за идиотский термин «дань»? Вы же знаете, что это всего 10 % от суммы, которую барон уже собрал со своего населения в виде налогов? По сути, это арендная плата за землю. Отменить этот налог, и барон станет немного богаче. На что барон потратит лишние деньги? Правильно, на себя любимого…

Чупакамака: Рюрик — хороший управляющий. Он вложит в то, что выгодно его баронству. Но не хотелось бы, чтобы он применил свои таланты к Гусляндии и Норланду, а это может случиться…

Четвёртый юнионист: Он их уже вложил. В легионы бессмысленной армии.

Четвёртый юнионист: Вы приехали сюда из своей Гусляндии, в которой деньги буквально растут на деревьях (а точнее, на животных), и обвиняете меня в том, что я душу налогами бедные, несчастные баронства, которые бы без меня-жадины процветали. Ну да, ну да.

Чупакамака: Гусляндия может поделиться с Норландом магическими технологиями. Или результатами: животными, фруктами.

Четвёртый юнионист: Всем этим с нами могут поделиться и эльфы. Новости о летающем котёнке звучат перспективно, но наш цирк с конями уже укомплектован чудными животными.

Чупакамака: А что касается обвинений… это ведь не я, это вы сами сказали. С чего бы такая мысль пришла к вам в голову?

Четвёртый юнионист: Наш разговор шёл о том, что баронства нищие. Вы прямым текстом сказали, что если бы баронства не платили Норланду, то у них были бы деньги на развитие, и они бы не были такими нищими. Да, вы не произнесли слова «Норланд во всём виноват», но это следовало из ваших умозаключений.

Чупакамака: Ну, ладно. А как вы относитесь к идее главы вашей фракции — Линды Вайс — чтобы Норланд стал вошёл в состав Ильменя?

Четвёртый юнионист: Почему бы и нет? Ильмень — не дотационный район, это не будет экономически невыгодно для нас.

Чупакамака: А какие ещё цели и задачи у вашей фракции?

Четвёртый юнионист: Вести переговоры с эльфами (мы же не можем отправить к ним кого-то вроде генерала империалистов? Он их всех перепугает). Продвигать экономические реформы, убеждать короля вкладываться во всякие экспериментальные штуки… Например, фуникулёр в горы Возвышенного района.

Чупакамака: Хорошие цели. А короля Тибериуса приходится убеждать в их необходимости? По-моему, фуникулёр — вещь очевидно необходимая.

Четвёртый юнионист: Нет, он быстро соглашается, но обосновать траты всё равно надо. Фуникулёр, он гномский и недешёвый — естественно, его установка нуждается в доказательствах того, что он не взорвётся.

Чупакамака: Это «Жареные факты» вас этим пугают? (улыбается) Кстати, я тут видела их журналистку, связанную…

Четвёртый юнионист: О, это с их журналистками случается! Особенно когда они приходят освещать разбитые окна до того, как эти окна оказываются разбиты.

Чупакамака: А, кстати, кто их разбил? И зачем?

Четвёртый юнионист: Хулиганы. Им не нравится, что норландские рыцари ездят в командировки по просьбе эльфов Ильменя. Мол, пока они там ловят комаров в лесу, у нас тут на границе маршируют войска баронов. А мы ассоциируемся с эльфами, и мы и договорились о таком сотрудничестве с Ильменем.

Чупакамака: Понятно. Ну, спасибо за информацию. Удачи вам!


Чупакамака и Нэрнир идут к пятому юнионисту.

Нэрнир: Добрый день. Почему вы вступили в юнионисты? Что вы думаете о возможной войне с баронами?

Пятый юнионист: Наша государственная система парализована до маразма. Бедного короля (добрейшей души человек) затравила пресса, и теперь он не подписывается ни под какой реформой, если с ней хоть кто-то не согласен. Наши оппоненты помешаны на армии. А глава нашей фракции почти религиозно уверена во многих неочевидных вещах — стоит ли говорить, что в парламенте Норланда ломают очень много копий.

Пятый юнионист: Я думаю, что если отдать организационные вопросы на откуп эльфам, то будет лучше. У них меритократия, и если правитель не справляется, то правящая фракция назначает нового. Кроме того, правитель Ильменя всегда может принять непопулярную реформу и подать в отставку, потому что он знает, что на эту должность много кандидатов. Король так сделать не может (наследником короля является его сын, и он обречёт сына на разгребание последствий своего указа).

Пятый юнионист: С войной они (эльфы) тоже разберутся сами.

Нэрнир: А как вы относитесь к Гусляндии?

Пятый юнионист: К жителям Гусляндии отношусь хорошо, а вообще там тоже много маразма. Не иметь врачей и полагаться только на жрецов? Это странно.

Чупакамака: Как вы полагаете, возможен ли международный договор, союз или альянс трёх стран: Норланда, Ильменя и Гусляндии? Может бы такой союз быть полезен? Может ли предотвратить войну?

Пятый юнионист: Торговый, культурный, научный — возможен. Военный… С эльфами очень сложно, но попробовать можно. С Гусляндией… что по этому поводу думает будущий король Гусляндии? Нынешний король уже хромая утка.

Чупакамака: Неизвестно, кто станет будущим королём. Полагаю, что нужно придумать политику, которая будет работать даже с очень плохим королём и не приведёт к войне и другим катастрофическим последствиям. Кстати, как, по-вашему, будут развиваться события, если королём станет Рюрик? А если Фридрих?

Пятый юнионист: Король может отменить любой приказ предшественника. На то он и король, сиречь абсолютный монарх.

Пятый юнионист: Попробуют всё завоевать (получится у них это или нет — вопрос спорный). Фридрих захочет войны с большей вероятностью, чем Рюрик — у него плохая собираемость налогов. Рюрик может и мирно сидеть в своей богатой Гусляндии и выжимать все соки оттуда, не трогая другие страны. Зависит от его амбиций в плане роскоши.

Нэрнир: А если создать парламент и утвердить ограниченную монархию, то обеспокоит ли это инквизицию?

Пятый юнионист: (смеётся) Создать парламент? И чтобы король был ограничен волей парламента? Хотите как в Норланде?

Чупакамака: (улыбается) Да! (серьёзно) Было бы хорошо. Но насколько осуществимо, даже если не учитывать инквизицию?

Пятый юнионист: Можно ли это ограничение прописать юридически, через какую-то лазейку в законах? Да. Ограничит ли это нового короля на практике? В сельской стране без традиций парламентаризма? Нет. Король сможет в любой момент распустить парламент, и рядовые жители это съедят.

Нэрнир: А как вы относитесь к империалистам?

Пятый юнионист: К империалистам я отношусь нормально, но их победа ничего не решит. Даже если они интегрируют свои драгоценные баронства, которые не очень-то нам и нужны, то волнующая меня проблема не изменится — закон о поливе цветов может «застрять» не принятым на три года.

Чупакамака: А как вы относитесь к идее предоставить баронствам независимость?

Пятый юнионист: Ой, да пускай катятся куда хотят. Но тогда они должны отдать нам минимум три полоски земли (на севере, юге и востоке), чтобы из Норланда можно было беспрепятственно выехать куда угодно — в Ильмень, в Гусляндию, в Шоколадные горы…

Нэрнир: А как вы относитесь к Линде Вайс? Во всём ли с ней согласны?

Пятый юнионист: Линда Вайс — очень странная… Например, она расистка по отношению к своей собственной расе (к людям) — любит разглагольствовать о том, какие мы недостаточно хорошие относительно эльфов, и как много нам надо работать над собой. (внимательно рассмотрел Нэрнира) А вот я думаю, что вы, эльфы, ничем не лучше меня! (ухмыльнулся)

Пятый юнионист: Ещё она верит во всякие странные религиозные штуки типа реинкарнации. По её словам, те, кто хорошо вёл себя в прошлой жизни, рождаются эльфами. Те, кто вёл себя кое-как, рождаются людьми или челогекко. А те, кто плохо себя вёл, рождаются орками или гномами.

Пятый юнионист: И ещё она свято верит в непогрешимость эльфов Ильменя — что они «никогда не оставят в беде» и так далее. Я-то думаю, что эльфы будут действовать в своих интересах, и мы должны лишь обратить это себе на пользу.

Пятый юнионист: Тем не менее, при всех её минусах, она превосходно представляет фракцию. Её уверенность внушает людям спокойствие и передаётся окружающим. Это привлекает к нам новых людей. В конце-концов, работа главы фракции — это популяризовать её идеологию, а не быть нестранным челогекко.

Чупакамака: А какого вообще будущего для Норланда вы хотите?

Пятый юнионист: Создать общее государство Ильменя и Норланда (не путать с Эльфийским Государством Ильменя и Лепронда). Баронство Нороса в этом случае тоже рано или поздно интегрируется. Ввиду своего географического положения, а также потому, что Норос не может держать всю свою армию дома (отсылать её половину непонятно куда как наёмников — ключевая статья их экономики). Если они будет окружены Ильменем, то их независимость будет держаться на честном слове.


Прошлая глава ←————→ Следующая глава