Портал:Ролевая игра/Игра 1/Глава 65

Материал из Абсурдопедии
Перейти к:навигация, поиск

Глава 65[править]

Глава 65, в которой герои заглядывают в лагерь наёмников Нороса.

Локация: Ставка наёмников, Баронство Нороса[править]

На следующее утро Нэрнир проснулся от того, что по телеге постучали.

Гоголь-моголь: Приехали. Окрестности замка Зельтобль, (изменённым, прихихикивающим голосом) столица (снова нормальным голосом) баронства Нороса. (сдёрнул с телеги брезент)

И действительно, если поставить рядом с этой столицей какую-либо фермерскую деревню из Гусляндии и спросить обывателя, какой из этих двух населённых пунктов является столицей, то он мог бы и не догадаться. Перед глазами наших путешественников распростёрся самый растрёпанный и временный палаточный лагерь, который они только видели. Магазины (исключительно продовольственные и военторги) и гостиницы выглядят так, как будто их построили из соломы за неделю, а шатающиеся по улицам не похожи ни на сельских жителей, ни на горожан. Они весёлые, трезвые и вооружённые, напевают песни и так далее.

Единственным капитальным строением является замок Зельтобль. Он явно не готов к обороне — ров обезвожен, в дополнение к разводному мосту сооружены дополнительные мостики из дерева. Сам замок — тот ещё проходной двор: в его стенах постоянно открываются двери, через которые бегают носильщики с ящиками. У входа в замок стоит человек — ему примерно 60 лет, он побрит налысо, без бороды, но с усами, и к нему постоянно подбегают с разными бумажками на подпись. Судя по выражению его растерянно-утомлённого лица, он глубоко сожалеет об изобретении письменности.

Серьёзного вида молодой человек (примерно 25 лет) в камуфляжном костюме беседует с двумя жрецами (оба примерно 30 лет) — один из них жрец Бога Света (в белой робе и с посохом), а другой жрец Бога Океана (с трезубцем и мешком с сухарями).

Посередине площади висит огромный плакат «Призывной пункт». Только здесь и есть люди, похожие на земледельцев — они заходят в специальную палатку, а вместо них из палатки выходят стройные добры молодцы с оружием и в качественном обмундировании. Также здесь есть медицинские пункты, где можно проверить зрение, померить свой рост и вес, магический манекен для измерения силы удара и так далее, причём пользуются ими не только призывники, но и обычные прохожие (подходят провериться и сразу уходят).

Около призывного пункта висит табличка «Рекруты к списанию». На лавочке сидит, болтая ножками, грустная девушка примерно 19 лет. Она одета в военную форму младшего врача (символ красного креста на плече). Прохожие косятся на неё неодобрительно, а некоторые шушукаются между собой, показывая на неё пальцем. В городе множество других женщин-военных (в том числе в такой же форме и примерно такого же возраста), но над ними не смеются.

В городе организована большая арена, где занимаются сразу несколько групп рекрутов — в одном углу абсолютных новичков учат, какой стороной браться за меч, в другом углу молодые кинологи тренируют хормельских овчарок, в третьем углу на земле лежат люди в кетчупе, изображающие пациентов, и на них учатся накладывать повязки. Одна из групп (конные копейщики) только что закончила занятия, и с арены, пройдя прямо мимо героев, вышел бравый офицер-эльф с платиновым снаряжением и всяческими знаками отличия. Отпустив презрительное ругательство в адрес сидящей на лавочке девушки, а также пробормотав себе под нос «напризывали детей на серьёзную войну» в адрес полуросликов и их бумеранга, эльф подошёл к торговцу конями и стал смотреть им в зубы.

Карл подошёл к лавке с мечами и точит их — как водится, зубами. Кюри любопытно рассматривает военных собак на арене. Квока клюёт рассыпанное на земле бесхозное зерно, её рисовательная лапка почти зажила. Не дремавший всю ночь Элронд присел на ближайшую вывеску и заснул.

Нэрнир и Чупакамака оглядываются по сторонам.

Нэрнир: Мда, так себе столица…

Чупакамака: Всё на войну протратили. Хех. Если не называть это столицей, то вполне хорошенький кемпинг.

Нэрнир пожимает плечами.

Малин: Выглядит так, как будто до войны этого города вообще не было.

Нэрнир: Война — это его основная прибыль. Сейчас, когда война, они выглядят так. А как они выглядят в экономически невыгодное для них время мира? Хм…


Торговец мечами — кузнецу: Погляди-ка, этот меч стал на 10 % острее. (показывает отнятый у Карла меч)

Кузнец: Ты это, не останавливай эту животину, а постоянно меняй мечи на новые.

Торговец мечами: Если что-то поломается — у тебя будет больше заказов? (раздражённо) Спасибо за совет, ремонтных работ мастер.

Карл принялся жевать другой меч в обмен отнятого у него.

Чупакамака: Ну-ну, Карл, пожевал и хватит. Не стоит тратить зубы на неблагодарных людей (пытается увести Карла)

Карл послушно превращает жевать меч и идёт за Чупакамакой.

Торговец мечами: Надо же, а этот меч стал на 20 % острее!

Кузнец — Чупакамаке: Извините за любопытство, но как вы научили ламу это делать? Если ламы способны на такое, то мне это очень пригодится в работе.

Чупакамака: Он уже был таким, когда мы его купили. Возможно, это особая порода лам…

Кузнец: Если дело в породе, то такие же способности будут у 50 % ламят… (рассматривает Карла) Мальчик, хм… удобно. Что скажете? Я куплю самку ламы, а дальше стандартный контракт — я плачу вам 40 лир, плюс вы (при желании) можете выбрать любого одного из новорождённых ламят. Остальные детёныши останутся с матерью (будут выращиваться у меня).

Чупакамака: Можно попробовать. Он староват уже, но попробовать можно. Только мы скоро уходим отсюда, может быть, уже вечером.

Кузнец: Я сбегаю куплю ламу. Надеюсь, её кто-то продаёт прямо тут… (достаёт сову и будит её) Посмотри внимательно. Потом найдёшь её, хорошо? (сова рассматривает и запоминает Чупакамаку)

Кузнец: Спасибо! (уходит искать ламу)

Малин: (вполголоса) А это не опасно? Детёныши могут оказаться наполовину демонами.

Нэрнир (шёпотом): Может и наполовину, но скорее всего с разумом ламы.

Чупакамака: (Малину, шёпотом) Думаешь, это возможно? Я о появлении детей у Карла от обычной ламы.

Малин: Биологически он является ламой…

Полурослик Сам: Если у детёнышей не будет суперспособностей жевать мечи, то кузнец может выбросить их на улицу.


Нэрнир — Гоголю-моголю: Напомните, а когда мы выедем в Ильмень?

Гоголь-моголь: Сегодня вечером — если они не будут торговаться и сразу купят всё по двойной цене. Если будут, то когда я доведу их до отчаяния и продам всё по тройной цене. Я мастер своего дела, так что не более двух дней.

Чупакамака внимательно рассматривает девушку-врача.

У девушки-врача синие глаза, короткие чёрные волосы. Её форма совершенно новая (ни единого пятнышка), и на ней нет ран, синяков или царапин. Она очень худая (на вид не более 50 килограмм). Она задумчиво грустит.

Чупакамака — Гоголю-моголю: Скажите, пожалуйста, а это замок Нороса? А кто этот человек у входа?

Гоголь-моголь: Это городской чиновник Тупеус, правая рука Нороса во всех невоенных вопросах. Нороса сейчас нет, так что Тупеус наверняка за главного.

Нэрнир: И много ли таких тут вопросов?

Гоголь-моголь: Это вы верно подметили! В отсутствие сегодняшнего логистического ада — его обычная работа в том, чтобы закупать зерно и возить его в замок. А сейчас он взмылен аки загнанный конь.

Чупакамака пытается рассмотреть, что находится в ящиках, которые носят в замок и из замка.

В открытых ящиках находится оружие (мечи, копья, луки), одежда, конное снаряжение, компасы, магические факелы, каски, маски для плавания, цемент, брезент, марля и так далее. Из закрытых ящиков пахнет вяленым мясом и сушёной рыбой.

Нэрнир: А вы случаем не знаете, кто тот эльф в доспехах?

Гоголь-моголь: Я не знаю его лично, но его форма — это форма офицера наёмнической армии Нороса.

Нэрнир: Ясно.

Гоголь-моголь: Забавно, что он воюет на стороне полуорков против страны эльфов… Если Нороса ещё не перекупили эльфы, конечно, и он не перешёл на их сторону. Такое случается.


Нэрнир: Чупакамака, как думаешь, что с той девушкой-медиком случилось?

Чупакамака — Нэрниру: Пойдём и расспросим. И вообще, давай, пока мы тут, рассмотрим, что тут есть и побеседуем с людьми, с эльфами. Хорошо, что тут есть жрец Океана: я бы посоветовалась с ним относительно обитателей Канала. А у жреца Бога Света я закажу свиток воскрешения, который задолжала Ивану. Может, с этой девушки и начнём?

Нэрнир: Да, давай.

Чупакамака и Нэрнир подходят к девушке

Чупакамака: Доброе утро! Вы врач? На фронт собираетесь?

Девушка-врач: (грустно) Меня не взяли на фронт. Я упала в обморок при виде крови, и они сказали, что не подхожу.

Девушка-врач: Что мне теперь делать? Моя семья уже потратила все деньги… (заплакала)

Чупакамака: Ох… Подождите, а разве нет других способов заработать?

Девушка-врач: Со мной заключили наёмнический контракт сроком на один год — с полной предоплатой. Моей семье очень нужны были деньги.

Девушка-врач: И сейчас я всё ещё числюсь на службе, и меня не могут уволить ещё год, ведь все деньги уже уплачены… Но от меня никакой пользы, и все это знают и относятся ко мне соответственно.

Девушка-врач: Я вижу осуждение даже на лицах поваров в столовой, которые выдают мне еду. Еду, оплаченную военными…

Нэрнир: Неужто вы так боитесь вида крови?

Девушка-врач: Вообще не боюсь… я думаю… Но каждый раз, когда я её вижу, я просыпаюсь от нашатыря.

Чупакамака: Ну… чему-то же вы учились. Здесь наверняка есть больные, их тоже кто-то должен лечить. Вправлять переломы, лечить всякими зельями…

Девушка-врач: (грустно) Здесь полно своих врачей. Ни в одной стране нет столько врачей, сколько в нашем баронстве.

Нэрнир: Может мы попытаемся вам помочь избавиться от боязни крови, чтобы вы могли работать?

Девушка-врач: Я буду очень благодарна… Это пригодится мне в мирное время. Но сегодняшнюю проблему это не решит. На моём личном деле уже чёрная метка «непригодна по заключению психиатра», и более того, вместо меня на фронт уже отправили другого врача.

Девушка-врач: Сейчас, как и с другими списанными рекрутами, армия пытается найти мне альтернативную невоенную работу, которая окупит вложенные в меня деньги. Если совсем ничего не найдут, то заставят переучиться на кинолога… (передёрнулась)

Девушка-врач: В немирное время слуги, воспитатели, учителя и так далее здесь не нужны. Устроить на работу за границу? Барон перессорился со всеми соседями…

Чупакамака: А кстати, с кем он сейчас воюет?

Девушка-врач: Он защищает страну полуорков в Хормеле от эльфийской агрессии.

Чупакамака: Эльфы напали на баронство?

Девушка-врач: Эльфы напали на Ордор. Это страна в Хормеле, которая сотни лет назад была оккупирована орками. Потом орков победили и изгнали, и сейчас это свободная страна. К сожалению, её жителей дискриминируют и боятся, хотя большинство из них на 99 % люди и имеют лишь очень дальних предков-орков. Соседнее с ними государство обычных людей использует любые поводы, чтобы придираться к полуоркам. В их последний конфликт влезли живущие по соседству эльфы, а полуорки наняли барона Нороса.

Нэрнир: А переехать в Норланд и работать там вы не можете?

Девушка-врач: Чтобы устроиться на работу за пределами баронства, наёмническая армия (в которой я официально всё ещё на службе) должна заключить договор с моим новым работодателем, и он должен заплатить ей мою зарплату за 11 месяцев вперёд (чтобы окупить всё то, что заплатили мне при найме).

Девушка-врач: В Центральном Норланде мало кто на это пойдёт, потому что такую работу могут счесть рабством, и это навредит репутации работодателя.

Чупакамака — Нэрниру: Нэрнир, а в твоём справочнике, случайно, нет зелья от кровобоязни?

Нэрнир: Посмотрим…

Нэрнир ищет зелье в справочнике.

Нэрнир нашёл зелье от кровобоязни в справочнике. Для его приготовления требуются петрушка, кабан-трава, перо совы, соль и листочек манги. Зелье необходимо принимать каждую неделю, и оно вызывает небольшое привыкание.

Нэрнир: Так, давай-ка проверим чего нам не хватает… Хм… Вроде-как нам не хватает кабан-травы и петрушки.

Чупакамака: Давай в магазинах поищем. А верёвка не подойдёт? Её же из кабан-травы плетут.

Нэрнир: Не уверен.

Чупакамака — девушке: Скажите, а здесь возможно раздобыть петрушку и кабан-траву? Мы бы тогда могли изготовить зелье от кровобоязни…

Девушка-врач: У меня есть немного кабан-травы для… (запнулась) бинтов… (достаёт подозрительный пакетик)

Девушка-врач: Петрушка есть на тех телегах… Их только что привезли с полей и ещё не рассортировали по ящикам. Неотсортированные продукты разрешено брать для личных нужд — в небольших количествах и не для продажи.

Чупакамака: Вот и отлично. Нэрнир, пойдём, возьмём петрушки?

Нэрнир: Да, давай возьмём.

Телеги с петрушкой, морковью, картошкой, капустой и так далее являются бесхозными и никем не охраняются. Проходящий мимо солдат невозмутимо взял себе пару картофелин и пошёл дальше.

Нэрнир берёт немного петрушки для зелья.

Нэрнир успешно взял немного петрушки — никто не удивился и не возмутился.

Карл берёт бесхозную вилку с телеги с вилками.

Чупакамака: Надо побольше зелья сделать. Чтобы и от кровобоязни избавить, и весь запас кабан-травы израсходовать. (тоже берёт петрушку)

Нэрнир берёт все необходимые ингредиенты и начинает готовить зелье.

Чупакамака: Говори, если нужна помощь. Там порезать, помешать…

Кюри берёт немного кошачьей мяты с телеги с кошачьей мятой, которая тут зачем-то тоже есть.

Нэрнир: Да, нарежь петрушки.

Чупакамака: Угу. (режет петрушку)

Нэрнир: Теперь смешаем с солью. И выпарим получившееся в сок кабан-травы. Добавляем измельчённый листочек манги и готово.

Чернила, которыми нарисована манга, расплываются из вымоченного листочка манги и становятся прозрачными. Зелье вкусно и смешно пахнет и, по всей видимости, готово.

Нэрнир: Вот. Готово. Принимать каждую неделю.

Девушка-врач: Спасибо. (пьёт немного зелья)

Кюри радостно катается по земле около небольшого количества стыренной из телеги и разбросанной кошачьей мяты.

Чупакамака: Может быть, стоит рассказать работодателям про зелье и пройти тест повторно?

Девушка-врач: (грустно) Я уговорю их провести тест повторно.

Девушка-врач: Если получится обойтись без этого, то я не буду рассказывать, что принимаю какие-то зелья. Другие врачи засмеют.

Чупакамака: Наоборот! Спишите рецепт и давайте рекрутам, которые боятся крови. Станете врачом года или какие тут звания бывают!

Девушка-врач: Других таких рекрутов нет. Ни одного. (снова повесила нос)

Нэрнир: Ну и ладно. Но зато вы избавитесь от фобии! Это главное.

Девушка-врач: Спасибо.

Чупакамака: Удачи!


Малин: Удивительно, что здесь так мало жрецов. И нет никого из гусляндского храма — или барон им не доверяет, или они сами не хотят уезжать далеко.

Чупакамака: Ну… у меня есть мантия. Думаешь, стоит надеть? Может быть, привлекут полечить кого-то? Но я бы сначала имеющихся жрецов расспросила.

Нэрнир: Кстати, а давайте узнаем, что они тут делают.

Чупакамака: Да, давай!

Нэрнир и Чупакамака идут к жрецам.

Жрецы и рекрутер[править]

Человек в форме: И, конечно, лучшим из лучших полагается наилучшее снаряжение. Возможно даже зачарованное оружие.

Жрец Света: Я его и сам могу зачаровать…

Человек в форме: При всём уважении — самодельное оружие не сравнится с оружием серьёзной ковки.

Жрец Света: (неразборчиво)

Подходят Нэрнир и Чупакамака.

Нэрнир: Добрый день, господа жрецы! А что вы делаете? Вы зачаровываете оружие?

Жрец Света: (строго) Мы не фокусники. Я зачаровываю оружие тогда и только тогда, когда это необходимо для превосходства добра надо злом.

Жрец Океана: Я могу разговаривать с рыбой.

Жрец Света — жрецу Океана: Ты не помогаешь убедить их, что мы не фокусники…

Человек в форме: Двое друидов? Какой прекрасный день! Могу ли я заинтересовать вас интересной, захватывающей долгосрочной работой с высокой оплатой, в дружном коллективе, с пенсиями, страховками и печеньками — над добродетельным делом по привнесению дополнительного добра в этот мир?

Нэрнир: Если вы хотите сделать нас путём вербовки рекрутами-наёмниками, то наш ответ — нет.

Чупакамака: Миру мир, войне редиска!

Человек в форме: Не стоит так упрощать… Никто не предлагает становиться пушечным мясом — его у нас и так полно. Тем не менее, талантливые маги могут оказать весьма высокооплачиваемые услуги нашим жителям, которые по воле миротворческого долга путешествуют в горячие точки.

Жрец Океана: Он рекрутер, который уговаривает нас поехать на какую-то дурацкую войну. Кто-то у кого-то украл свинью, и понеслось. Это не очень по моей части (вот был бы это пойманный браконьерами кит, а не свинья — тогда бы это было личное), но оплата уж очень хороша. К тому же нам не надо будет воевать — жрецы требуются на роль поддержки.

Чупакамака: Мы некоторым образом уже на службе. Дипломатической. И направляемся в Ильмень с миротворческой миссией. Наша задача — объединить народы, привести их к международному сотрудничеству и прекратить все эти военные безобразия.

Нэрнир (вполголоса, хихикая): Смотри, Чупакамака, не стань тут врагом народа, с такими заявлениями.

Чупакамака: Они ещё узнают, они ещё оценят, народы. Когда мы их помирим.

Рекрутер: (улыбаясь до ушей) Это очень полезная информация. Могу ли я предложить вам работу по сообщению мне дальнейших новостей о прогрессе вашей миссии?

Безотносительно возмутительности предлагаемого рекрутером, он обладает высокой харизмой 16 и чисто по-челогеккчески вызывает симпатию.

Чупакамака: А что именно вы хотите узнать? И готовы ли предоставить почтовую сову?

Рекрутер: Так получилось, что миротворческие обязательства барона Нороса заставляют его пренебрегать обороноспособностью собственных территорий… Милейшей души человек, думает о благе для других много больше, чем о своём собственном. Так вот, всяческие объединения около наших границ — например, если бы объединились бесчестные барон Рюрик и барон Фридрих — требуют дополнительных предосторожностей. Хотелось бы заранее знать о том, когда и где происходят те самые объединения, по поводу которых вы в курсе.

Рекрутер: Совиная почта не очень удобна, потому что я (или кто угодно ещё) в любой момент могу уехать в другую страну на задание. Удобней передавать сообщение с путешественником, который едет через нашу территорию.

Чупакамака: В настоящее время вероятность объединения Фридриха и Рюрика невысока. А о хороших, мирных объединениях, вы, если всё получится, ещё услышите.

Рекрутер: Это очень хорошо! Мы желаем ничего иного, как быть окружёнными территориями мирных государств, которые не покушаются на наш суверенный образ жизни и на нашу важную работу.

Нэрнир: Ну вот и отлично!


Чупакамака — жрецу Океана: А скажите, пожалуйста, как вы относитесь к русалкам?

Жрец Океана: (серьёзно, рассудительно) В силу разумности они, конечно, похуже будут для экосистемы, чем обычные рыбы… Но они понимают, что море — их дом, и как правило не мусорят. Поэтому не враги они мне.

Чупакамака: На своём пути мы повстречали целую колонию русалок, угодивших в замкнутый водоём с морской водой. Такой недоканал, несколько метров шириной, но зато длинный. Многие из них считают его своим домом и хвалят безопасность, но некоторые мечтают переселиться в море. И, к сожалению, у нас есть опасения, что о них узнают местные жители, которых не удалось убедить в разумности русалок, они их считают животными и могут даже поместить в зоопарк. Есть уже прецедент с продажей орчат в зоомагазине… Как бы им, русалкам то есть, помочь?

Жрец Океана: Давайте подумаем. Ну я, например, могу выписать официальную справку именем Бога Океана (и меня как его представителя на земле и в море), что они разумные… Хотя если местные жители продают орчат, то не в разумности дело.

Жрец Океана: Место ли им в этом водоёме? С точки зрения Бога Океана, тот факт, что русалки поселились где-то ещё окромя океана — это хорошо. Это распространяет океанический биом на большие территории.

Жрец Океана: Тем из них, кто непременно желает вернуться в океан, я обязан помочь в этом деле — и могу вывезти их в специальной глубокой телеге с водой. В таких телегах возят молоко, квас и живую рыбу.

Жрец Океана: Ещё можно вооружить их, чтобы у местных жителей не появлялось ненужных идей. Я могу предоставить несколько сотен хороших трезубцев. Опасность для местных жителей минимальна — не пойдут же русалки с этими трезубцами завоёвывать сушу.

Чупакамака: Ну, копья у русалок есть. А переселение приведёт к распаду семей, ведь водоём замкнутый и не выходит к морю. Да и, как нам сказали, мечтают, в основном, молодые, родители могут их не отпустить. Справка, я думаю, не помешает, однако раньше времени выдавать их местонахождение опасно. Вот если бы кто-то из жрецов Океана мог бы побеседовать с ними, разузнать подробности…

Жрец Океана: Насколько нас интересует благополучие этих злобных и опасных местных жителей — и далеко ли от водоёма до океана? Теоретически можно устроить потоп, который затопит окрестности водоёма и расширит его. Возможно, даже так, чтобы водоём соединился с морем…

Жрец Океана: Я могу побеседовать с ними, но споры вида «половина семьи хочет море, а половина озеро» — это всё-таки внутреннее дело их семьи. Не давить же мне на них в таких вещах.

Нэрнир: Потоп возможно повредит живущим у водоёма.

Жрец Океана: Ну так и демон с ними, если они торгуют разумными существами.

Нэрнир: Там же не только люди, но и звери…

Жрец Океана: Их можно аккуратно смыть в сторону…

Чупакамака: Жители по большей части добрые, к тому же сидят почти безвылазно на своих фермах. Но попадаются отдельные активные личности… И вот, когда я слышу от активных что-то вроде «если бы русалки существовали, их бы уж поймали и поместили в королевский зоопарк», мне становится не по себе. К тому же магазин этот и предрассудки… А водоём с морем соединять боятся, опасаясь вторжения пиратов, которые и так нападают с моря, а если их корабли смогут войти в канал, то вторгнутся вглубь страны — это и для русалок будет плохо.

Жрец Океана: Королевский зоопарк? В какой это стране есть королевский зоопарк? (задумался) Не могу вспомнить…

Чупакамака: Зоопарк в проекте…

Жрец Океана: Пираты не представляют проблемы — на границе моря можно сконструировать рифы или даже мель. Русалки проплывут, а корабли разобьются.

Чупакамака: А это идея! Если предложить строительство искусственных рифов в качестве защиты от пиратов, то можно будет взамен договориться о статусе русалок. Там же предоставляли гражданство ламиям, значит, и русалкам могут. Тем более, если будет справка от жрецов Океана.

Нэрнир: Главное, чтобы риф не мешал торговым судам.

Жрец Океана: Если они не будут мусорить в море, то Бог Океана не допустит, чтобы они разбились.

Чупакамака: Надо же ещё и к берегу подойти, выгрузить товары, пассажиров. Нужно, чтобы мирные суда проходили, а пиратские — нет. Но, тому, кто решит проблему пиратов, наверняка позволят почти всё что угодно.

Нэрнир: Может русалки станут пограничниками для судов?

Жрец Океана: Что происходит на судах, пираты там или торговцы - это в общем-то не моё дело. Пиратство не представляет большой проблемы для океана.

Рекрутер: Если имеется вопрос «куда трудоустроить ваших знакомых русалок», то у меня и для русалок есть работа. Скрытная разведка и так далее.

Жрец Света: (раздражённо) Ещё ламий себе в армию загони.

Рекрутер: (невозмутимо) Такие кандидатуры рассматриваются.

Чупакамака: Не думаю, что русалки вообще захотят работать на людей. Они ведут обособленный образ жизни.

Рекрутер: (разочарованно) Ладно, придётся нанять ламий.

Чупакамака — жрецам: А как так получилось, что вы участвуете в этой войне (пусть и в качестве э... магической помощи)?

Жрец Океана: Мы пока не участвуем, нас только уговаривают. Мы здесь проездом — я ездил в гусляндский храм узнать у речных рыб, почему они стали выпрыгивать из воды…

Жрец Света: А я ездил в Шоколадные горы — у них там проснулся Ужас из глубин, пришлось его прогонять. На обратном пути мы остановились тут в поисках заработка. (жрецу Океана) Кстати, этот тип пытается использовать на нас специальную способность дипломатической промывки мозгов. У жрецов Бога Света к такому иммунитет.

Жрец Океана: Спасибо за предупреждение, но эта его способность и на меня не действует. Я просто считаю получение уймы денег ни за что хорошим путём для жреца.

Нэрнир: Ужас из глубин?

Жрец Света: Мутировавший гигантский паук из Гусляндии. Залез в пещеры к гномам и выскакивал на них изо тьмы. Не очень опасный (съел не более трёх-четырёх гномов за месяц), но у страха глаза велики. Я победил его импровизированным святым мечом, который я сделал из веника для уборки туннелей.

Нэрнир: Надеюсь, это не была самка, которая откладывает яйца?

Жрец Света: Как время вылупления пройдёт, так и узнаем.

Нэрнир: А насколько эффективно импровизированное оружие жрецов Света?

Жрец Света: Очень эффективно. Оно пробивает несколько слоёв брони (или, в случае насекомых и ящеров, панциря), игнорирует сопротивляемость к режущему и колющему урону, не затупляется, способно разрезать на части призраков, наносит дополнительный урон по нежити и демонам...

Рекрутер: Тем не менее если ударить манекен обычным качественным мечом и этим его мечом из веника, то обычный меч нанесёт гораздо больше урона.

Нэрнир: Я так понял, вы не имеете регулярного оружия и создаёте импровизированное?

Жрец Света: Да. Я не ношу с собой никакого оружия, даже кинжала. Оно тяжёлое и может потеряться, сломаться и так далее. Даже если на меня нападёт зомби, а у меня в руках будет только чайная ложка — то я создам святую чайную ложку и огрею ей зомби аки дубиной.

Чупакамака: Кстати, насчёт заработка. Я одолжила у друга свиток воскрешения, чтобы воскресить одного гремлина. Так что теперь мне нужен новый свиток. Может быть, вы могли бы его сделать?

Жрец Света: Я не умею делать свитки — я же не маг, а свитки пишут маги. Но у меня есть лишний свиток воскрешения. Что вы мне можете за него предложить? Мне интересны зачарованные или редкие предметы — за исключением оружия, конечно.

Чупакамака: Ну... у меня есть серебряный кубок, но он не зачарованный, просто старинный. И ещё монеты графа Дефолта.

Нэрнир: А где ты их нашла, Чупакамака?

Чупакамака: В ущелье под замком.

Жрец Света: Я всё же не коллекционер монет. Мне бы что-то для практического применения.

Нэрнир показывает картину мага-иллюзиониста.

Нэрнир: А эта картина?

Жрец Света использует заклинание «Истинное зрение» (магия света) на себе и смотрит на картину.

Жрец Света: На этой картине нет каких-либо магических эффектов. Это обычная картина, нарисованная от руки.

Чупакамака: Есть гномский термос. Очень практический, хотя не магический.

Жрец Света: Ммм, не знаю.

Жрец Океана: Да возьми ты уже деньгами.

Жрец Света: Я еду в Дичайший лес, расследовать там порчу, а оттуда через пустоши. И возможно, неделями не буду в цивилизованной стране. Чем меньше у меня монет, тем лучше.

Дефектный Меч Предупреждения: (из рюкзака Нэрнира) Осторожно, ваш предмет собираются проверить магией!

Второй дефектный Меч Предупреждения: (из рюкзака Нэрнира) Осторожно, коварный рекрутер пытается вас схантить!

Рекрутер: Я не коварный.

Нэрнир: А вам дефектный меч предупреждения нужен?

Жрец Света: Это оружие...

Рекрутер: Он умеет предупреждать об опасностях? Пожалуй, куплю за 6 лир.

Нэрнир: Может вам пригодится комикс?

Жрец Света: Не мой жанр… Хотя чего-то почитать в лесу не помешает. Какие у вас ещё есть книги?

Нэрнир: Сборник анекдотов есть... Может пригодится? В лесу то повеселей будет.

Чупакамака — Нэрниру: Как насчёт книги про вилки?

Нэрнир — Чупакамаке: Это же просто буклет.

Жрец Света: Извините, что спросил. Очевидно, что у вас нет ничего такого, что мне было бы интересно.

Чупакамака: Жаль... А может, всё-таки деньгами? На деньги можно купить что-нибудь нужное.

Жрец Света: 40 лир.

Нэрнир — Чупакамаке: По 20 лир скинемся?

Чупакамака — Нэрниру: Спасибо!

Нэрнир: Не за что.

Чупакамака: (Нэрниру) Ещё как есть: я же с тем гремлином напортачила, а ты мне помог тогда и теперь тоже. (Жрецу Света) Ну, мы согласны (протягивает 20 лир)

Нэрнир тоже протягивает 20 лир.

Жрец Света берёт 20 лир Чупакамаки и 20 лир Нэрнира и передаёт Чупакамаке свиток воскрешения (1 шт.).

Чупакамака: Спасибо! Надеюсь, вы купите что-нибудь хорошее.

Жрец Света: Да! Каждая из этих лир пойдёт на дело добра, уверяю вас в этом. В Гусляндии не очень много исследователей древности, поэтому надеюсь найти там какие-нибудь невостребованные странные книги, волшебные, зашифрованные и таинственные... Буду искать чего-то в этом роде.

Чупакамака: Раз вы идёте в Дичайший лес, то путь ваш, наверное, будет мимо замка Дракона. Там разных книг целая большая библиотека.

Жрец Света: Обязательно загляну! Тем более что зачарованное оружие работает и на драконах.

Нэрнир: Неуверен, что на этом драконе стоит применять оружие или враждебные действия.

Жрец Света: Исключительно в порядке самообороны. Мало ли, вдруг ему не понравится, что я буду рыскать по его библиотеке. Если не нападёт, ну так и отлично.

Чупакамака: Не нападёт. Он гостеприимный. Но может выставить из замка, если гость нападёт на кого-нибудь.

Жрец Света: Были такие случаи?


Чупакамака: (жрецу Океана) Так вы или ваши коллеги готовы помочь русалкам? (Нэрниру) Расскажем подробнее?

Нэрнир: Отчего бы и нет. Вряд ли они нанесут им вред. Так что давай расскажем.

Жрец Океана: (дописывает записку и расписывается) Для начала — вот официальная справка, согласно которой «я, будучи жрецом Бога Океана, его именем и по его воле удостоверяю, что русалки являются разумными и полностью самоосознанными существами, способными к человеческой речи, совершению сложных мыслительных операций и принятию обдуманных решений, и поэтому могут считаться дееспособными и самостоятельными и обладать всеми правами челогекко». (передаёт справку Чупакамаке)

Чупакамака: Спасибо! (пишет на бумажке) Русалки живут в Гусляндии, в канале, между Дичайшим лесом и остальной территорией. (показывает бумажку жрецу Океана) Вот. Это адрес жительства русалок.

Жрец Океана: (читает) Я в самом скором времени посещу это место.

Жрец Океана пережёвывает и съедает записку.

Чупакамака: Здорово! Спасибо!


Нэрнир: Что ж... Чем займёмся сейчас, Чупакамака? Пока ждём караван.

Чупакамака: Разведём костёр и пожарим шашлык? Карлу найдём травы, пока он все вилки не съел.

Рекрутер: Если вы не хотите наниматься и ездите между странами, то, может, вам наоборот нужны сотрудники? У меня тут есть одна проблема, которую мне некуда пристроить.

Чупакамака: Нанять Проблему - интересная идея. Однако расскажите подробнее.

Рекрутер: Её зовут Эмили, я её нанял из её деревни… Она медсестра. Её зарубили на медосмотре, сказали, что слишком психованная и такие медсёстры им не нужны. Хотя на собеседовании она была совершенно нормальной, и я вообще не понял, в чём там проблема. У неё ещё 11 месяцев предоплаченного контракта, и армия требует вернуть убытки — и вешает всех собак на меня. Если я не найду, куда её пристроить, то меня крупно оштрафуют.

Рекрутер: Я бы пристроил её на работу куда-нибудь в Гусляндию или в Ильмень, но сейчас такое занято́е время, когда я не могу никуда уехать из баронства (тут полно работы). С другой стороны, вы едете в Ильмень…

Нэрнир: Вы про ту, которая боится вида крови?

Рекрутер: Я про ту, которая сидит на лавочке со списанными рекрутами.

Нэрнир смотрит, та ли это медсестра.

На лавочке только одна медсестра — та самая, которой Нэрнир и Чупакамака помогли ранее.

Нэрнир: Ну мы вроде как нашли лекарство от её причуды, возможна она сможет теперь нормально работать.

Рекрутер: Ну армия уже не хочет её нанимать. Но по крайней мере со следующей работы не завернут.

Нэрнир: Что думаешь, Чупакамака? Может устроить её куда-нибудь в Ильмене на время? М?

Чупакамака: Ты так уверен, что это получится? И знаешь, сколько стоит контракт? Давай лучше с нанимателями разберёмся. Объясним про зелье и пусть проведут тест повторно.

Нэрнир: Ну можно попробовать.

Чупакамака: Ага. Давай.

Рекрутер: Вот тот эльфийский командир (показывает на эльфа-офицера) — он отвечает за следующую группу новобранцев, которая через неделю выедет в Хормель. Кого из рекрутов с собой брать, а кого оставить в тылу до лучших времён — это решает он. После того, как он уедет, начнётся набор в следующую группу. Кстати, командиров тоже не хватает — есть открытые вакансии.

Локация: Ставка наёмников, Баронство Нороса (позже)[править]

Эльфийский офицер успешно набрал в свой отряд троих коней, и теперь он выбирает боевых собак (от дисциплинированных ильменьских овчарок до рвущихся с цепи торфяноболотных терьеров). Незадачливая медсестра вышла из палатки «Регистратура» с бумажным талончиком в руке и нервно ёрзает на лавочке, ожидая своей очереди. Гоблинский торговец Гоголь-моголь довольно вытрясает последнее из нуждающихся в медикаментах врачей. Кюри смешно чихнула и оказалась на голове одного из коней каравана. Карл забрался в лавку «Всё для егеря» и жуёт металлические наконечники стрел.

Молодой паренёк в камуфляжном костюме (на вид ему примерно 17 лет) приставил лестницу к вывеске «Призывной пункт» и ловко лезет наверх, подкрадываясь к спящему Элронду. Из-за пазухи у него торчит свиток идентификации, из правого кармана свиток невидимости, а из левого кармана свиток погони.

Оба жреца упаковали свои вещи и собрались у дороги, выходящей из лагеря наёмников на юго-запад (если предположить, что эта дорога никуда не сворачивает, то она приведёт в Северный лес — проходя напролом через территорию орков). Жрец Света с подозрением косится на Малина и перебирает в руках какие-то амулеты. Жрец Океана невозмутимо точит трезубец. Приунывший рекрутер, которому не удалось завербовать жрецов, ищет следующих жертв — и вскоре их находит: попавшийся ему под руку полурослик Сам что-то рассказывает рекрутеру и показывает ему живой доспех из замка дракона. Тем временем Маргарин пытается измерить свой рост, вес, ширину пуза и концентрацию сгущёнки в крови.

Малин помогает пожилому человеку, который направляется в замок, донести ящик с чем-то звенящим. Утомлённый чиновник Тупеус продолжает в полубессознательном состоянии подписывать любые бумажки, которые ему всё время приносят торговцы, солдаты, офицеры, рекрутеры и другие подозрительные личности.

Нэрнир и Чупакамака осматриваются по сторонам.

Чупакамака: Ну, что, поговорим с эльфийским командиром? Спросим, что с нашей медсестрой и заодно его версию причин и хода войны выслушаем? … Ой! Что это Сам делает?

Нэрнир: Ну давай. Хотя, я не уверен, что наёмников интересуют причины. Неважно.

Нэрнир: Эм… Так, ладно, давай сперва с Самом разберёмся, а то его могут завербовать. Уф!

Нэрнир и Чупакамака подходят к рекрутеру и Саму.

Рекрутер и доспех[править]

Рекрутер: Но если воевать в чистом поле, то трагедия с обрушениями стены не повторится.

Депрессивный доспех: Что-нибудь да обязательно пойдёт не так! На то война и война!

Рекрутер: Но спасение жизней…

Депрессивный доспех: Не говори так…

Нэрнир — доспеху и Саму: Так, что вы тут собрались делать?

Полурослик Сам: Этот человек спросил, есть ли у меня опыт военных действий. Я сказал, что у меня нет, а у этого доспеха есть.

Депрессивный доспех: Он уговаривает меня выйти из депрессии и поехать на войну.

Нэрнир: Ох… И что? Хотите на войну или всё также — в вулкан?

Депрессивный доспех: Не знаю… Вдруг из-за моей ошибки опять кто-то погибнет, как тогда, когда во мне порушили стену? Оправданно ли спасти 100 жизней комбатантов и случайно завалить камнями одного невиновного челогекко?

Нэрнир: Стену? Мммм… Можете об этом рассказать?

Депрессивный доспех: Я зачарован на спасение заложников. Могу пробивать стены, во мне можно дышать в комнате с распылённым сонным зельем, могу становиться живым щитом и закрывать людей от стрел своим металлическим телом…

Депрессивный доспех: Однажды мы освобождали рабов от незаконного рабовладельца — спасали из подземной тюрьмы. На входе в тюрьму было слишком много охраны, и кто-то ляпнул моему хозяину «пробей вот эту стену, тайно проберёмся мимо охраны и всех спасём». Как водится, именно за этой завалившей всю комнату камнями стеной была камера, в которой сидели женщины и дети…

Чупакамака: Ох… (сочувственно смотрит на доспех)

Полурослик Сам: (сочувственно) Я никогда не кладу котомку с этим доспехом около стен. Только на открытой земле. Иначе он плачет по ночам.

Нэрнир (сочувственно): Печально… Но всё же не вы в этом виноваты. Никто же не будет винить меч, за то, что им зарубили человека, ведь в данном случае, вы были лишь инструментом.

Депрессивный доспех: У меча нет разума, а у меня есть! Я, например, мог укусить предложившего «давайте пробьём стену» своим забралом.

Депрессивный доспех: Впрочем, я его и так укусил, но уже после пробивания стены.

Чупакамака: Я думаю, что лучше бы тебе на войну не ехать. Там всегда кого-нибудь убивают и всегда кого-нибудь жалко.

Рекрутер: Я могу определить его в такую локацию, где убивают только плохих людей, а никаких некомбатантов нет вообще.

Депрессивный доспех: Разве такие места бывают?

Рекрутер: Найду! Не вызывает сомнений, что мне можно доверять.

Нэрнир подозревающе прищуривается на рекрутера.

Рекрутер широко улыбается, показывая белоснежную улыбку. Цвет зубов неестественно белый — похоже, что он специально отбелил себе зубы у дантиста, чтобы было красивее.

Чупакамака: И птичек нет, и мышек нет, и жучков, и паучков? А мышку задавить не жалко?

Рекрутер: Знаете, на скольких паучков наступают каждый день в мирной стране? А знаете, сколько мышей кровожадно вырезала ваша кошка? Война тут ни при чём.

Рекрутер: Если на то пошло, то в зоне военных действий наоборот гораздо меньше вероятность случайно наступить на мышку. Большинство животных не могут проникнуть на поле боя — они не могут пробраться сквозь капканы, ямы и лужи с кислотным зельем, которыми зона столкновения заминирована по периметру.

Нэрнир: А лошадку убить?

Рекрутер: Одно из преимуществ воевать за нас — мы предлагаем страхование жизни лошадей. Если что, то будет большая компенсация.

Чупакамака: Лошади от этого не легче.

Рекрутер: Лошадь отправится в лучший мир и будет наблюдать за хозяином с облачка.

Рекрутер: А если она хорошо воевала при жизни, то она переродится как пегас и будет витать в облаках.

Чупакамака: Все мы немного лошади…

Чупакамака — доспеху: Ну, ладно. Тебе решать. Хочешь — с нами в Ильмень и дальше, хочешь — попробуй вернуться на войну…

Депрессивный доспех — рекрутеру: Без особой причины спрашиваю — есть ли в зоне боевых действий вулканы?

Рекрутер: Ещё какие! Тысячи их! Таких высококачественных вулканов в этих краях никто даже не видел!

Депрессивный доспех: А я могу уволиться?

Рекрутер: Можете в любой момент — если не попадёте в плен, конечно. Но если прослужить как минимум 3 месяца, то доставка обратно домой (или до любого адреса на ваш выбор) полностью оплачивается армией.

Депрессивный доспех: Ну давайте попробуем. (хитро) А что вы заплатите этим людям за то, чтобы они разрешили меня забрать?

Рекрутер: (растерянно смотрит на Чупакамаку, Нэрнира и Сама) А надо?

Нэрнир: Возможно, возможно…

Рекрутер: Предлагаю вам за этот доспех свиток лечения, плюс свиток идентификации, плюс килограмм железа, плюс благодарственное письмо за помощь наёмнической армии Нороса.

Чупакамака: Ну, только отдайте его хорошему человеку, который будет о нём заботиться, разговаривать, чистить и потом доставит домой или куда он захочет.

Нэрнир: И который не вредит невинным.

Рекрутер: Конечно! Все, кто у нас служит — хорошие, ответственные люди, которые сражаются на стороне добра и справедливости. (подмигнул)

Чупакамака — доспеху: Ты уверен, что хочешь в этом участвовать? Там война без особых причин, может быть, за территории… Не разочаруешься?

Депрессивный доспех: Ну а какой у меня выбор? Надо постепенно выбираться из этой депрессии, а то совсем сопьюсь лавой. Вдруг я там спасу 100 раненых без каких-либо проблем…

Депрессивный доспех: К тому же у меня нет сверхспособностей, которые бы помогали убивать врага. Во мне ходить в прямое наступление с мечом в руках — не так выгодно, как брать меня на спасательные операции.

Рекрутер: На самом деле многие в нашей армии не воюют на передовой. Например, у нас есть отряд водолазов, которые по ночам подплывают в берегам противника — рвут сети рыбаков, дырявят лодки и так далее. Они могут пройти через всю войну так, что никто не пострадает.

Чупакамака — доспеху: Ну… тогда удачи, друг!

Депрессивный доспех: Спасибо! Я бы пустил слезу, но у меня вместо головы металл!

Чупакамака — рекрутеру: Так что насчёт свитков и прочего?

Рекрутер: Ммм… вот ваши свитки… Вот благодарственное письмо, у меня ими все карманы забиты… Килограмм железа… Ммм… (подходит к ближайшей телеге, берёт бесхозную стеклянную банку с рассыпчатым металлом внутри и приносит её Чупакамаке) И килограмм железа.

Рекрутер передал Чупакамаке свиток лечения (1 шт.), свиток идентификации (1 шт.), необработанное железо (1 кг.), благодарственное письмо за помощь наёмнической армии Нороса (1 шт.).

Нэрнир: А что лечит свиток лечения?

Рекрутер: Физические ранения. Всякие переломы, растяжения и так далее.

Рекрутер заворачивает доспех в прозрачную упаковку и помещает его в ящик с надписью «продвинутое оружие».

Полурослик Сам: Что он делает с вашей совой?

Человек с приставной лестницей подкрался вплотную к спящему Элронду и использовал на нём свиток идентификации.

Чупакамака — Саму: Идентифицирует.

Полурослик Сам: А зачем?

Чупакамака: Хороший вопрос. (Рекрутеру) Вас что, интересуют совы? Нашу мы не отдадим.

Рекрутер: На кой демон мне ваши совы? Они не умеют воевать и постоянно выдают местонахождение солдат. Сидишь такой в засаде под кустом, а тут тебе прилетает письмо из дома с содержимым «привет, как дела?». И вот уже на куст направлено 10 луков со стрелами, потому что неприятель знает, что сова в пустой куст письмо не бросит…

Чупакамака: Хм… а что это за человек, который нашу сову свитком проверял?

Нэрнир: А зачем вы её хотите идентифицировать без разрешения?

Рекрутер: Я никого не идентифицирую, тем более сов. А вон тот человек — это Страуссс, один из наших разведчиков… Он вчера вернулся из Ильменя. Он мне не подчинённый, да и вообще они (разведчики) довольно странные.

Чупакамака: Понятно. Спасибо за информацию.

Нэрнир: Чупакамака, пойдём-ка спросим, зачем этот Страуссс сделал это.

Чупакамака: А он нам скажет? Не пора ли нам с эльфийским командиром поговорить? Спросим про врача, про Страуса и про все остальное?

Нэрнир: Ладно, давай.

Нэрнир и Чупакамака подходят к эльфийскому офицеру, который всё ещё выбирает боевых собак.

Эльфийский офицер[править]

Эльфийский офицер — случайной собаке: Сидеть.

Собака: (машет хвостом и не выполняет команду)

Эльфийский офицер: Необразованная ты животина.

Чупакамака: Добрый день!

Эльфийский офицер: Я с вами согласен, что он добрый.

Нэрнир смотрит на погоду.

В небе ясно, температура воздуха 18°, безветренно, туда-сюда летают птички. Прошлой ночью (пока наши путешественники тряслись в телеге) шёл дождь, и сейчас под ногами ползают дождевые черви, которых вымыло на поверхность.

Чупакамака: Это просто прекрасно. Раз день добрый, он заслужил, чтобы в нём делались добрые дела.

Нэрнир: Добрые дела, это добро, а добро это всегда хорошо.

Эльфийский офицер: Вот и поговорили. (зевнул) (следующей собаке) Голос. (собака молчит)

Нэрнир: Может вам помочь?

Чупакамака: Экхмм… Кое в чём мы уже помогли, кстати! Мы слышали, здесь возникла проблема с рекрутеркой врачом? Упала в обморок. Ну вот мы сделали доброе дело: дали ей зелье от обмороков. Теперь она не будет падать и сможет работать. Вы тоже можете сделать доброе дело, протестировав её повторно. Что скажете?

Чупакамака: (на зверином) С собаками помогать не надо. Начнут слушаться — увезут их на войну.

Нэрнир (на зверином): Может быть, хотя не факт.

Эльфийский офицер: С конкретно этими собаками-то чем поможешь — они недрессированные совсем. Даже кликера в глаза не видели. Всех спишу, и горе-кинологов вслед за ними. Пусть переучивают без зарплаты, причём не только собак, а и кинологов тоже. Гореобразованные неучи.

Эльфийский офицер: Списанная девочка-врач… Вот это дело другое. Если её научили не психовать при виде крови, то можно будет её куда-то устроить. Не в мой отряд, конечно, мы давно укомплектованы и переукомплектованы.

Эльфийский офицер: На гражданке бы ей сейчас работы не нашлось, но если врачи скажут, что годна, то можем пристроить её на военную службу в соседних странах… Например, к Светлому Лорду, он как раз собирается напасть на орков.

Чупакамака: А контракт её не пропадёт?

Эльфийский офицер: Новый работодатель будет вынужден выкупить её контракт. Я предложил Светлого Лорда в том числе потому, что он может себе это позволить в плане денег. У него тоже частная армия, но в отличие от нас он не наёмничает, а использует её в личных целях.


Нэрнир: На орков?

Эльфийский офицер: Да. Светлый Лорд осел на юго-западной границе Ильменя, в первом круге. Это место прямо граничит с территорией орков. Я думаю, что он поселился там не случайно и собирается их всех истребить.

Нэрнир: А зачем их абсолютно всех исстреблять?

Эльфийский офицер: Светлый Лорд считает орков грешниками и потенциальными союзниками демонов. Я с ним не согласен, но я и другие эльфы, которые верят в возможность дипломатии с орками, в Ильмене в подавляемом меньшинстве.

Нэрнир: Так, стоп... Погодите вы верите в возможность дипломатии с орками? Я не ослышался (чистит уши)?

Эльфийский офицер: Я принадлежу к миноритарной фракции просветителей — нас в Ильмене менее одного процента. Мы выступаем за то, чтобы завоевать весь мир способом «предоставить всем народам мира бесплатное высококачественное образование, после чего они поймут, насколько наш путь правильный, и присоединятся к нам добровольно». Естественно, что при реализации этого плана и орки, и гномы, и гоблины, и любые другие народы будут целью дипломатии.

Нэрнир: Интересно... А много таких малых фракций? И почему вы покинули Ильмень?

Эльфийский офицер: Несколько, но ни одна из них не имеет шансов повлиять на государственную политику Ильменя. Поэтому-то я его и покинул. Когда я отправляюсь в военный поход с моей наёмнической армией, то я не просто воюю, а ещё и помогаю третьей стране и заслуживаю её уважение и влияние среди её знати и населения, а также вкладываю в их головы полезные идеи. Когда придёт время, то они будут более восприимчивы к идеям просветителей… Иными словами, там (в командировках по всему миру) я могу сделать гораздо больше, чем сидя дома в родном лесу.

Чупакамака: Но не заслужите ли вы одновременно неодобрение со стороны противников тех, на чьей стороне воюете? И разве из-за такой помощи не начинают говорить, что эльфы воинственны?

Эльфийский офицер: Нет, любую вину можно свалить на ту страну, которая нас наняла. Большое преимущество наёмничества.

Чупакамака: Знаете, мы ведь идём в Ильмень с дипломатической миссией: предлагаем заключить союз с Норландом, с Гусляндией... а если возможно, то и с гномами. Вообще, было бы хорошо и орков включить в союз, только люди на это сейчас не согласятся. А поучиться у эльфов есть чему, это понятно. Так что, выходит, у нас похожие цели. А как найти вашу фракцию?

Эльфийский офицер: Мне нравится эта идея. Директор школы магии (которая на четвёртом круге) — сторонник нашей фракции… Торговец свитками на втором круге… Племянница олигарха — не знаю, где она живёт… Как вы понимаете, мы не проводим встреч и совещаний «как бы нам взять сенат» при таком проценте, поэтому я знаю только некоторых. Кроме того, я давно живу за пределами Ильменя, и там что-то могло поменяться.

Нэрнир: Вы говорили о первом, втором, четвёртом круге... А что это за круги? И сколько их всего? Нам это могло бы пригодиться в путешествии в Ильмень.

Эльфийский офицер: Ильмень состоит из семи кругов… Это из-за социального расслоения. Жители Ильменя не считают себя равными друг другу. Здания и удобства сгруппированы по уровням доверия — если в первый круг может заехать (закупиться в лавках, остановиться в гостинице и так далее) любой бродяга, то в седьмой круг пустят далеко не каждого гражданина Ильменя, который прожил там всю жизнь…

Эльфийский офицер: Как правило, посторонних путешественников с ходу пустят до третьего круга включительно, если они не являются преступниками, врагами государства и не имеют дурной репутации.

Эльфийский офицер: Вам как дипломатам может понадобиться доступ вплоть до пятого круга. Советую вам сразу по приезду в Ильмень зайти в бюро выдачи пропусков (это на третьем круге). С этим лучше не тянуть, ведь если вы наживёте себе врагов среди знати (вы, я думаю, уж слышали, сколько в Ильмене нелюбителей челогекко и других видов), то получить разрешение будет сложнее.

Чупакамака: Спасибо за информацию, сразу и оформим. А как вы полагаете, кто ещё в Ильмене мог бы поддержать идею международного союза? И какие возражения у тех, кто возражает?

Эльфийский офицер: Возражения идеологические (нежелание ввязываться во внешнюю политику с другими видами, всё это «мы к вам не лезем, так и вы не впутывайте нас в свои договоры»). Как водится, в Ильмене большое значение имеют горизонтальные связи (взаимопомощь и взаимоуважение между двумя жителями) — и чтобы преодолеть общественный консерватизм, я советую вам заручиться поддержкой как можно большего количества частных лиц (даже незнатных и живущих на внешних кругах) — у них могут быть связи, идеи и родственники-сенаторы.

Эльфийский офицер: Если не упоминать при нём орков — то и Светлый Лорд вполне поддержит… Его мнение ничего не значит, он не гражданин страны, но у него большие ресурсы.

Эльфийский офицер: Знакомства полезны и тем, что ограничение доступа к кругам можно перебивать поручительствами. Например, если вам не разрешают ехать на шестой круг, но за вас поручились трое жителей пятого круга, у которых есть доступ на шестой круг, то решение отказать вам станет очень мучительным для чиновника.

Нэрнир: А на каком круге вы жили?

Эльфийский офицер: На первом. Там комфортнее всего — олени подходят к домам и так далее. Это был мой выбор — у меня был доступ к шестому кругу, и при желании я мог бы жить и там. Сейчас, думаю, дальше четвёртого круга меня с ходу не пустят — уехать куда-то из родной страны могут счесть признаком неблагонадёжности.

Разведчик Страуссс завершил фоторисунок Элронда, спрятал карандаш и бумагу за пазуху и куда-то ушёл, оставив сову в покое.


Чупакамака: А вы можете рассказать нам о Светлом Лорде? Мы часто слышали это имя, но все упоминавшие о нём, знают очень мало. Говорят, он инквизицию в Центральном Норланде финансирует... а зачем? Очень загадочно.

Эльфийский офицер: Светлый Лорд — идеологический фанатик. Он считает, что он рождён Избранным, и что это его священная миссия — сокрушить зло во всём мире. Как это часто бывает, его понятия о зле могут не совпадать с нашими.

Эльфийский офицер: Он каким-то образом разбогател и, насколько мне известно, финансирует всю свою армию из своего кармана. Ещё он довольно часто переезжает из одной страны в другую (в Ильмене он жил менее двух лет), и в каждой строит себе новое поместье — без бриллиантов, но с конюшнями и кузницами оружия. Единственная роскошь, которую ему приписывают — он сидит на Светлом Троне, а это очень дорогая мебель.

Эльфийский офицер: Его финансирование инквизиции не очень-то благотворительное — ходят слухи, что он подписался на регулярные индульгенции затем, что ему за это разрешают применять телепортацию.

Эльфийский офицер: Ещё про него ходит легенда, как он отказался от даров богов, чтобы сэкономить их силы. Ему приписывают слова «я буду творить великие дела своим тяжким трудом — было бы непорядочно брать у богов ту силу, которую они могут вместо меня дать тому, кто в ней нуждается гораздо больше». Формально он считается паладином Бога Света, но принципиально не использует никакие дары. Использует магическое оружие, которое зачаровали маги, вместо освящённых предметов. И так далее.

Чупакамака: Интересно.

Эльфийский офицер: Наёмническая армия Нороса иногда меняется с армией Светлого Лорда специалистами — если у нас есть солдат специализации, которая нам не нужна, а ему нужна, и наоборот… Не отвезёте ли к нему вашу знакомую? Я выпишу ей разрешение на выезд, чтобы её не приняли за дезертира.

Чупакамака: Отвезём.

Нэрнир: Только Гоголя-моголя предупредим.

Эльфийский офицер: (выписывает командировочное направление на перевод рекрута на иностранную службу сроком 11 месяцев, а также счёт на оплату 350 лир в пользу наёмнической армии Нороса) Вот все необходимые документы, Светлый Лорд будет знать, что с этим всем делать. (передаёт Чупакамаке документы)

Чупакамака: Хорошо. (забирает документы) А кстати, зачем разведчик — Страуссс, кажется? — идентифицировал нашу сову?

Эльфийский офицер: Почтовую сову? Я думаю, он счёл её бесхозной — вот и проверял, каких адресатов она знает. Вдруг она может летать куда-то, куда не умеют летать другие совы.

Чупакамака: А здесь встречаются бесхозные почтовые совы?

Эльфийский офицер: Да тут до демона всего бесхозного, особенно в такие времена. Целые телеги завалены ненужными вещами, которые в мирное время использовали крестьяне, а потом этих крестьян забрали в рекруты, и вещи стали не нужны… На улице оказываются и собаки, и кошки, и совы.

Эльфийский офицер: Я думаю, что мне таких домашних собак и подсунули — под видом дрессированных на войну.

Эльфийский офицер: Кстати, Страуссс не наёмник — в том смысле, что он не ездит с нами по другим странам. Его работа — присматривать за соседями баронства, чтобы заранее узнать, если они начнут копить оружие или увеличивать армию… Он и в Ильмене работает. И в центральном Норланде. И в Гусляндию ездил, и даже к оркам (еле ноги унёс).

Нэрнир: А вы бывали на орочьих землях?

Эльфийский офицер: Да и нет. Не у местных орков. Только у хормельских, когда мы с ними работали. Воевали за одно племя орков против другого.

Чупакамака: И орки ссорятся друг с другом... А из-за чего?

Эльфийский офицер: Один шаман обвинил другого в том, что тот навёл порчу на их поселение. Я им потом научно объяснил, конечно, что никакой порчи не существует — но не ранее, чем война закончилась и нам заплатили за участие.

Чупакамака: Но пока она закончилась куча народу погибла...

Эльфийский офицер: Зато потом победители поняли, что были неправы про порчу, и даже заплатили репарации проигравшим. Племена помирились и до сих пор живут в вечном мире.

Эльфийский офицер: Даже пацифист не может не признать, что эти орки теперь десять раз подумают, прежде чем начинать какую-то другую войну.

Нэрнир: Вечный мир весьма неплохо, хотя и такой кровавой ценой.

Чупакамака: Не знаю... Люди вон сколько потерь несут в войнах, потом клянутся, что это никогда не повторится, что они за мир... а пройдёт лет 50 или 100 и уже кричат, что могут повторить, что всем покажут, кто тут главный и где раки зимуют, и начинают всё заново...

Чупакамака: А вот эта война, на которую вы собираетесь, она из-за чего идёт? Мы слышали такие разные версии, даже такую, что всё началось с убийства свиньи. И почему вы поддерживаете именно эту сторону?

Эльфийский офицер: Эта война действительно дурацкая и действительно из-за свиньи — настолько дурацкая, что моральная правота обеих сторон под вопросом, и значение имеет только то, кто из них нам заплатит.

Эльфийский офицер: Тем не менее, меня как эльфа-просветителя довольно сильно задевает, что местная эльфийская страна (Аздол) относится к полуоркам с большим расизмом. Из-за этого потом ходят слухи, что все эльфы расисты. При том что полуорки Ордора — они же не 50-50 орки и люди, а 10-90 или даже меньше. Их культура почти полностью человеческая. Тем не менее эльфы стали не на их сторону только потому, что они не чистокровные люди, а их оппоненты — да. Такое отношение противоречит моим убеждениям.

Нэрнир: Эта война абсурдна. И этот абсурд стоит кровопролитий... Ужас, конечно, что там у них творится.

Эльфийский офицер: Ну по крайней мере бюджет у этой войны большой. Там доходит до применения водолазов и воздушных шаров. Если они хотят выкинуть деньги на бессмысленную войну — то мы с удовольствием возьмём у них эти выкинутые деньги.

Чупакамака: Я вот думаю: может быть, дело не в расизме, не в свинье… Может быть, на самом деле это война за территории, за какие-то находящиеся на этих территориях ресурсы? А в качестве предлога можно использовать и гнев по поводу свиньи, и расистские предрассудки. Может быть, стоит посмотреть, кому это выгодно? Что там есть такого желанного в этих местах?

Эльфийский офицер: Не знаю насчёт ресурсов. В целом это сельскохозяйственная территория. Но что более важно, стороны находятся в Лепронде и Хормеле — и такие войны очень редко заканчиваются изменением границ. Если страна из Лепронда отберёт себе территорию Хормеля, то это выбесит очень многие страны внутри Хормеля, даже те, которым нет никакого дела до конкретно этой войны.

Эльфийский офицер: Из-за такого консерватизма границы Аларконда, Хормеля и Лепронда почти никогда не меняются. Завоевания ради новых территорий, как правило, ведутся внутри Хормеля (между двумя странами из Хормеля), или внутри Аларконда, или внутри Лепронда. Война между страной из Хормеля и страной из Лепронда с большой вероятностью закончится экономическими уступками с сохранением прежних границ.

Чупакамака: Понимаю (думает) Скажите, вот вы со столькими народами встречались. А вам доводилось встречаться с гремлинами?

Эльфийский офицер: Нет. Я немного слышал о них от гномов, но никогда не сражался с ними сам.

Чупакамака: А вы встречаете другие народы только в сражениях?

Эльфийский офицер: Моя наёмническая работа подразумевает, что мне приходится очень много ездить по миру. Поэтому в мирное время или в отпуске мне совсем не хочется совершать туристические поездки (наоборот хочется никуда не ездить и отдохнуть дома). Неизбежное следствие такого образа жизни — почти все иностранцы, с которыми я общаюсь, воюют либо со мной, либо против меня.

Нэрнир: И часто у вас бывает мирное время или отпуск?

Эльфийский офицер: Месяц в год — обязательный отпуск, так прописано в моём контракте. Де-факто в промежутке между войнами проходит 2-3 месяца. В это время я формально работаю, но работа заключается в тренировке новобранцев.

Чупакамака: Вот вы говорите границы Аларконда, Хормеля и Лепронда почти никогда не меняются. А как же ЭГИЛ? Они же хотят соединить аларкондскую и лепрондскую страны? Как вы думаете, этот план осуществим?

Эльфийский офицер: Ну для начала им надо завоевать территории от Ильменя и до границы Лепронда, а это ого-го как много стран и километров. У них могут быть 21% сторонников в Ильмене, но их завоевательные планы покамест настолько же на бумаге, как и планы просветителей.

Нэрнир: И что вы, как ильменец, думаете об этой организации?

Эльфийский офицер: Я скептически отношусь к этим фрикам. У них нет собственной армии или военных ресурсов, и поэтому они продвигают свою позицию чужими руками — убеждают других эльфов в том, что есть за что ненавидеть людей, челогекко, гномов и так далее. В надежде, что где-то рванёт конфликт, и эльфийское общество станет на их сторону.

Нэрнир: Мы кстати слышали о том, что в Ильмене есть хиппи. Это правда? Как к ним относятся?

Эльфийский офицер: Это действительно так. У них большая коммуна на втором круге, рядом с висячими садами. Они непринуждённо-безмятежно радуются жизни, многие из них являются жрецами Бога Безразличия.

Эльфийский офицер: К ним относятся спокойно (как к безобидным чудакам), но их вряд ли допустят даже на пятый круг.

Нэрнир: А на каком круге находится здание сената?

Эльфийский офицер: На седьмом. По большинству вопросов сенаторы не собираются, а сразу голосуют удалённо — через верифицированную сову.


Нэрнир: Что же, благодарим за полезную информацию.

Офицер кивнул и вернулся к инспекции собак.

Нэрнир: Чупакамака, пойдём, узнаем, что хотел узнать Страуссс?

Разведчика Страуссса нет в радиусе видимости. Он куда-то ушёл.

Нэрнир: Эх, ушёл... Ну, бывает и такое, что стоит человек рядом, а потом уходит и его не найти. Тогда может расскажем медсестре о поездке в Ильмень?

Чупакамака: Давай.

Нэрнир и Чупакамака подходят к грустной девушке-врачу.

Девушка-врач: Перепроверили у психиатра, говорят, что годна. (хнык) Они для проверки зарезали кролика перед моими глазами. (заплакала)

Нэрнир (на эльфийском): Ахаха, очередной кролик был повержен!

Чупакамака: Ну-ну-ну... Кролика съедят, наверное, на обед, а вы теперь можете лечить раненых.

Девушка-врач: (неуверенно) Ладно. (вытирает слёзы платком)

Чупакамака: Ну вот... Знаете, куда они вас направляют на работу?

Девушка-врач: (грустно) В конюшню, убирать за лошадьми?

Нэрнир: Не угадали! К Светлому Лорду! В Ильмень, в нашем сопровождении.

Чупакамака: Загранкомандировка! И не на войну. Вот.

Девушка-врач: (вскочила с лавочки) Правда-правда? Работать у Светлого Лорда — это же самая лучшая работа на свете! Гораздо лучше, чем у наёмников!

Девушка-врач: Там всегда хватает медикаментов… пациенты всегда поступают уже стабилизированные магией… работники живут в зелёном лесу, где птички поют… после завершения работы Светлый Лорд лично пишет рекомендательные письма… Многие работавшие на Светлого Лорда получают дары от Бога Света… Не могу поверить, что меня возьмут туда на работу.

Чупакамака: Ну, я не знаю, какая работа у Светлого Лорда будет. Говорят, он хочет лечить и другие дела делать, не призывая богов. А с другой стороны говорят, что он планирует войну с орками; если это правда, то куча раненых будет. Только мы вот идём для того, чтобы вообще войны в Аларконде прекратить.

Чупакамака: Как бы то ни было, у нас есть место в телеге в караване, идущем в Ильмень. И нам нужно будет связаться с важными эльфами там, в том числе и со Светлым Лордом. Так что вышло, что нам по пути. А вот ваше назначение (показывает девушке «Направление рекрута-медсестры на иностранную службу»)

Девушка-врач: (читает) Не могу поверить… не могу поверить… (перечитывает бумагу) Я поеду с вами! (решительно) И я обещаю очень стараться, чтобы спасти всех этих раненых.

Чупакамака: Вот и отлично! (улыбается) Тогда готовьтесь. Караванщик сказал, что караван может отправиться уже сегодня вечером. Самое позднее завтра, это зависит от каких-то торговых дел.

Девушка-врач: Хорошо. Я соберу всё необходимое для поездки и буду ждать у каравана.

Чупакамака: Ну, до встречи! Лучше рассчитывайте на сегодняшний вечер, есть большая вероятность, что вечером отправимся.

Девушка-врач уходит.

Элронд проснулся и сел на плечо Нэрнира. Карл заточил зубами все стрелы в лавке «Всё для егеря» и переключился на арбалетные болты.

Нэрнир: Ну что, пойдём к Гоголю-моголю?

Договорившись с Гоголь-моголем о дополнительном бесплатном пассажирском месте (благо что в телеге оно было), Нэрнир и Чупакамака провели остаток дня, осматривая палаточный лагерь, отбирая у Карла ножи, которые тот повадился было жевать, играя с бесхозными домашними собаками и так далее. Тем же вечером они собрались у каравана и в тот же день отправились в Ильмень.